Бремя императора. Тропой мастеров

Хотя, конечно, приговоренный горным мастером имел право подать апелляцию в канцелярию наместника, но приговоры пересматривались очень и очень редко. Мало кто мог припомнить случай, чтобы горный мастер осудил невиновного. Судили обычно на месте преступления.

Двое стражников подхватили под руки продолжающего жалко скулить Юргена и выволокли во двор, где ждала карета судебного исполнителя. Они быстро усадили слабо трепыхающегося приговоренного в отделенный решеткой закуток и сами сели по бокам. Вскоре карета уехала, увозя пьяницу к новой, совершенно трезвой жизни.

Ошеломленная женщина продолжала молча стоять, прижимая к себе спящего ребенка. Из ее глаз все так же катились крупные слезы. В углу застыл мальчик постарше, непонятно когда и появившийся. Наверное, шум разбудил его.

— Госпожа, — мягко улыбнулся сержант. — Рад, что смог помочь. И еще...

— Что? — глухо спросила она.

— Вы стряпать умеете?

— Умею, — удивилась странному вопросу женщина.

 — Как же иначе?

— У нас в столовой старшая стряпуха помощницу себе на вечер ищет, — с хитринкой усмехнулся сержант. По этой усмешке Лек понял, что старый служака положил глаз на бывшую жену плотника. — Вы завтра приходите в наши казармы, скажете, что вас Мертак прислал. Детишек с собой приводите, с нашими побегают, пока вы заняты будете. Там и заработаете, и мальчишкам лишняя миска каши всегда найдется. Голодными уж всяко не останутся. Работа нелегкая, посуды перемывать много, но жить можно.

Вас как зовут?

— Велка... — пролепетала она, выглядя еще более удивленной. — Спасибочки вам, конешно... Но разве ж меня возьмут?

— А то как же! — Сержант довольно огладил усы. — Раз я сказал, что возьмут, знать возьмут.

— Спаси вас Единый...

— Вы спать ложитесь, хоть немного передохнуть надо, муженек-то здорово в доме все изгадил. Пока еще вычистите... И не плачьте! Больше он вас не тронет.

— А коли выйдет?

— Из мевидарских каменоломен? — ехидно хмыкнул сержант. — Ха! А ежели случится чудо и он выйдет, то опосля ему не до вас будет. А попробует приставать, быстренько рога поотшибаем. Не, Юргена бояться не след, он конченый человек.

— Жалко его, дурака... — всхлипнула Велка.

— Ты детей пожалей! — нахмурился Мертак, резко переходя на «ты». — Нашла кого жалеть-то.