Бремя императора. Тропой мастеров

Лек презрительно скривился — назвать этот тонкий прутик мечом было бы оскорблением для меча. И хромой собирался драться этим жалким подобием оружия? Наивный. Скорее всего, он шел на дуэль, зная, что умрет. Но даже в таком случае следовало взять нормальный меч. И в самом деле, мечишко переломился от первого же удара красавца, и хромого принялись избивать. Лек некоторое время смотрел, не вмешиваясь, пока не понял, что на поляне происходит хладнокровное и подлое убийство, идущее вразрез со всеми законами чести.

Несчастный урод лежал на траве и слабо хрипел, пытаясь закрываться от ударов руками. Граф Давер не спешил, явно наслаждаясь происходящим. Этого горец стерпеть уже не мог. Он рванулся к поляне.

— Остановитесь, господа! — крикнул Лек. — Где ваша честь?!

— Иди своей дорогой, придурок, копыто дорхота тебе в глотку! — рявкнул в ответ граф, не отрываясь от своего занятия. — А то и тебе достанется!

— Убирайся! — присоединился к нему приятель-секундант, второй тоже вякнул что-то грубое.

— Господа, вы меня оскорбили! — довольно осклабился Лек. — Принимаете ли вы мой вызов? Я готов драться со всеми тремя одновременно. Или человек, которого вы избиваете, сказал правду, и вы трусы?

— Принимаю, ублюдок! — разъяренно прошипел граф, оборачиваясь.

И тут же спал с лица: перед ним с картагами в руках стоял в странной позе горный мастер, адепт двумечного боя, которого он видел вчера утром в тренировочном зале.

Лезвия страшных мечей горели призрачным светом.

— Итак, вызов вами принят, — криво усмехнулся горец. — Очень хорошо. Позвольте представиться, господа. Лек Белый Волк, светлый лорд великого дома ар Сантен. Вы готовы умереть?

— Я... — пролепетал граф Давер, лихорадочно ища повод уклониться от дуэли, но не находил ни одного. — Приношу свои извинения, светлый лорд, я не видел.

..

— А раз не видели, можно оскорблять? — Лек приподнял брови и повернулся к избитому хромому, безуспешно пытающемуся подняться на ноги. — Вы подтвердите факт нанесения оскорблений, сударь?

— С превеликим удовольствием, светлый лорд... — с трудом прохрипел тот, снова падая.

— Прекрасно, — улыбнулся юноша. — Что ж, господа, приступим.