Бремя императора. Скрытое пророчество

Кертал, например, жаловался, что Раха — та еще проблема, голоса на нее не повысь, не ударь, не обзови. Плачет сразу, забивается в какой-нибудь закуток и тихонько так плачет, будто щенок обиженный. Старый мастер в растерянности разводил руками, не зная как воздействовать на девочку, как заставить тренироваться по-настоящему. Только Тинувиэль ухитрялся быстро выводить ученицу из этого состояния. Две-три шутки, погладил по щеке, и все — улыбается, горы готова свернуть. Втрескалась, конечно, в наставника по уши, что вполне естественно в таких случаях.

Император краем глаза покосился на дикарку, недоверчиво щупающую серый шнурок на своем плече и явно не понимающую, что это такое. Эту вот — тоже на голову замученного девяностолетнего старика? Наверное, пусть мальчишки все же сами занимаются своими ученицами. Опасно? Ничего, зато будут головами, а не другим местом думать, что в обычное время случается постоянно.

— Ладно, — заговорил он наконец.

 — Берите. Только на стены девчонок не пускайте, там без вашей подготовки легко сгинуть можно. Помните, что они еще не умеют того, что умеете вы. Неопытные наставники, забывающие об этом, довольно часто теряют учеников. Только в прошлом году пять таких случаев было. Не хотелось бы, чтобы это случилось с вами.

— Не пустим! — заверил Энет, подмигнув довольному эльфу, которому надоело быть обязанным отрядному магу за переброску в Тарсидар — тот порой требовал в благодарность совсем уж несуразных вещей.

И где, скажите на милость, взять кумыс, которого Ронх возжелал попробовать? Не продают его в империи, нет торговли со степняками. Нет и никогда не было! А когда эльф все-таки исхитрился обменять десяток своих знаменитых зеленых стрел на мех с кумысом у одного ушлого торговца, Ронх только плевался и говорил, что большей гадости в жизни не пил. Так зачем же заказывал, если гадость?! Тинувиэль с ужасом представил, чего тому еще может захотеться, и поежился.

Нет уж, пусть лучше Раха при нем будет, всяко дешевле обойдется, чем капризного мага ублажать.

— Погляжу я, как вы с ними мучиться будете, вот уж посмеюсь... — едва слышно проворчал себе под нос Лек, но император услышал и ухмыльнулся под маской.

Да, горцу можно только посочувствовать. Четыре таких раздолбая в учениках? Это вам не просто так, господа, это жуть, как он еще не свихнулся, бедный.