НеТёмный

Увернуться я уже не успел, но мне пока это было и не нужно.

– Чудо!!! – заорал я, тряся головой от боли, – Лиственный Свет спас меня! Смотрите, мои кандалы…

Я замахал ногой по телеге, чуть не попав браслетом в барда и колдунью. Надо отдать им должное, они висели тише мыши, точнее мотались вслед за качающейся повозкой. Упырь сзади ревел и стонал, щёлкал пастью, пытаясь поднять когти и дотянуться до меня, но «брошь хозяина» не давала.

Набежали ещё охранники, удары тупыми копьями посыпались со всех сторон.

В клетку просунули верёвку, чтоб накинуть мне петлю на шею, но я рванул изо всех сил, и умник едва не воткнулся головой между прутьев.

Кто-то всадил мне в ногу что-то острое, я замычал от боли, но продолжил концерт.

– Покайтесь!!! – орал я и дёргался, заставляя всю телегу танцевать и крениться из стороны в сторону, – Сверши-и-ило-о-о-ось!

– Упырева моча!

– Хорлова падаль!

Всё это время я старательно прижимал к боку руку с браслетом, где был продет ремень.

В этой истерике и тряске было важнее всего, чтобы тонкий слой защиты не сместился, иначе «поцелуй белого дьявола» быстро меня усмирит.

Краем глаза я следил, как поднимался с земли бородавочник, ругающий меня, на чём свет стоит. Как полез за пазуху, и потом в его руке блеснул белый камешек. Он оскалился разбитыми от падения губами, и его пальцы сжались.

– Листва сраная!

Ощутимо заколол кожаный пояс под браслетом, и я, запрокинув голову, уставился в потолок и резко вдохнул, словно от боли:

– А-а-а-ах!!! Све-е-е-т мо-о-о-ой…

И так с открытым ртом рухнул на спину, снова чуть не пробив затылком пол.

– Держи, держи упыря!!!

Мне в щёку воткнулись грязные когти, тварь всё-таки дотянулась до меня, и совсем рядом клацнули её клыки. И, кажется, коснулись кожи на лбу, надрали едва ощутимую царапину.

Этого ещё не хватало…

На упыря тут же посыпались удары копьями, ярко замерцала «брошь хозяина», и тварь, завыв, вернулась в своё первоначальное положение.

После нескольких секунд диких криков тишина показалась неожиданной и неестественной. Тяжело дышали и стонали охранники, а я хрипел на полу, едва подрагивая, будто меня до сих пор колошматило от «поцелуя». Кожаный ремешок и вправду нестерпимо колол и обжигал, но вскоре жжение прекратилось. А вот ссадина на лбу чесалась…

Естественно, я так и остался лежать. После такой пытки человек отключится, самое малое, на несколько часов.