Младший брат дракона

– Я всё-таки на самой вершине стою – мне падать дальше, чем вам.

Огромная груда битого кирпича и брёвен начала расползаться, а во все стороны полетели клубы пыли. Ноги Дилля разъехались, когда прямо под ним образовалась здоровенная трещина. Он рухнул ничком, чувствуя, как съезжает вместе с кучей камней. Бревно, за которое он держался минутой ранее, с глухим стуком упало и покатилось вниз, едва не придавив Дилля. Он проворно откатился в сторону и, чувствуя, как из-под ног уходит шаткая опора, подпрыгнул и ухватился за вертикально торчащий кусок стены.

Снизу сквозь грохот и шум слышались крики драконоборцев. Вокруг всё тряслось и рушилось, Дилль мёртвой хваткой вцепился в край стены, молясь, чтобы она не опрокинулась на него. Кусок, за который он держался, был, к счастью, прочным – не в пример обломкам, с шуршанием и скрежетом скатывавшимся вниз.

– Да что же такое происхо…

Дилль не договорил – раздался оглушительный рёв, и из-под обломков здания среди клубов пыли появилась голова на длинной шее.

Разумеется, это был дракон, и появился он всего в каких-нибудь нескольких шагах ниже Дилля. Голова была здоровенная – этот ящер мог бы без труда проглотить лошадь и даже не поперхнуться. Насколько длинной была шея, Дилль разглядеть не сумел – остальная часть тела дракона оставалась скрытой под кучей строительного мусора, в которую превратился дворец.

Дилль, изо всех сил державшийся за спасительный кусок стены, к своему ужасу вдруг обнаружил, что на самом деле уцепился вовсе не за обломок здания, а за спинной гребень дракона.

Выяснилось это очень просто – когда последние куски кладки и брёвна свалились, глазам перепуганного драконоборца предстала широкая спина ящера, на которой мог бы построиться целый десяток солдат, и ещё осталось бы место для командира. Крупная чёрная чешуя, покрывающая дракона, была пыльной, исцарапанной и скользкой – подошвы полувоенных сапог Дилля скользили по ней, как по льду.

– Где-е маг? – послышалось громовое рычание.

– Вы привели мага?

Заклинание магистра "как его там", наверное, продолжало действовать, но ужас, вселяемый одним только видом огромного ящера был настолько велик, что легко победил человеческую магию. Во всяком случае, Дилль и думать забыл о том, что должен броситься на дракона и попытаться убить его пусть даже ценой собственной жизни. Возможно, это выпитое вино ослабило действие заклинания, но ведь и остальные драконоборцы вели себя ничуть не храбрее Дилля.