Последний попаданец

Дед вдруг встрепенулся, посмотрел сначала в почти пустую кружку, потом на меня, будто первый раз увидел, и произнёс:

— Понятно, что ты должен пройти ещё одну проверку.

— На что?

Вернувшись из грёз, я посмотрел на него.

— На то, что тебя не замечают те приборы, которые настроены на проклятых.

— И что мне это даст? — не улавливая мысль, уточнил я.

— О! — старик загадочно усмехнулся. — Насколько я знаю, ты первый внешник за более чем пятьдесят лет. А если тебя ещё и не смогут найти... То количество твоих дней в нашем прекрасном мире может сильно увеличиться! При этом они могут стать по-настоящему счастливыми!

— А кто ищет таких, как я?

— Да все, — хмыкнул дед.

— А зачем?

— Потому что потенциал среднего внешника гораздо выше, чем у любого другого. Любой правитель, да и более мелкие феодалы хотят такого заполучить и использовать в своих целях. Когда они, то есть вы, появлялись часто, вы играли ключевую роль во всех значимых конфликтах. И обычно побеждали те, у кого таких, как ты, было больше.

Охренеть... Что-то всё как-то нестандартно. Мои знания про попаданцев стремительно теряли полезность. В этом мире как-то всё совсем иначе устроено.

— А что сейчас изменилось?

— Да говорю же: перестали приходить лет пятьдесят — пятьдесят пять назад... Это не сразу заметили, поэтому точной даты нет, — вспоминал Визилий и смотрел куда-то за моё плечо. — Первые лет десять продолжали искать, но, когда и с других материков стала поступать такая же информация, постепенно перестали.

— А много сейчас тут таких? Из тех, кто раньше пришёл?

— Тут, это где?

— Ну... В окрестностях? В стране?

— Ха! — старик улыбнулся уголками рта, но радости в его лице не было. — Не уверен, что даже на материке хоть кто-то остался в живых.

— Почему?

От удивления я даже подался вперёд. Это же не логично! Если попаданцы в среднем сильнее, плюс магия, они по-любому должны жить дольше сраных пятидесяти лет! Тому же Визилию не меньше шестидесяти пяти.

— У ребят этой породы обычно чрезвычайно завышенное чувство собственной значимости и исключительности. Даже если изначально его нет, то те из них, кто выживали и получали силу, очень быстро им обзаводились. Они много рисковали... Ими много рисковали...

— Но всё равно!.. Не могли же все умереть?!

— Тише! — Собеседник показал пальцем на потолок и зашептал: — Все не могли. И когда их было достаточно много, они, как я уже сказал, влияли на судьбы мира...