Личный враг бога

Склон был долгий, пологий, поросший высокой густой травой. Подъем совершенно не ощущался, вершина вроде бы и не приближалась.

Внезапно маг остановился, перехватив посох обеими руками.

- Чего ты? - недоуменно спросил Глеб.

- Ничего не замечаешь?

Ветер шуршал рослой травой. Высоко в небе высвистывала трехнотную песню какая-то птаха. Немыми призраками бежали по земле тени облаков.

Глеб долго оглядывался, вслушивался, но так ничего и не заметив, пожал плечами.

- Вроде тихо. А что?

- Не знаю... - маг, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, очертил посохом круг.

- Не знаю, - повторил он задумчиво. - Ладно, пошли дальше.

Они сделали еще несколько шагов, и вновь маг настороженно замер. Теперь и Глебу почудилось, что он что-то услышал, какой-то негромкий звук или звуки. Шелест травы, но не совпадающий с порывами ветра.

И кузнечики молчали.

Глеб насторожился, обнажил клинок.

- Мы окружены, - негромко сказал Епископ. - Они со всех сторон.

- Кто? - спросил Глеб.

- Пока не знаю.

В высокой траве ничего не было видно.

Но - вдруг! - Глеб увидел, как в отдалении сам собой шевельнулся ковыль, тихо качнул верхушкой. А вон еще, в другой стороне, раздвинулся сноп луговой осоки. Кольцо сжималось.

- Я их не вижу! - Глеб был готов удариться в панику.

Рано или поздно это действительно случится..

- Это гоблины. Те самые, из деревни, - прошептал маг. Он был занят. Закрыв глаза, он бормотал неразборчивые заклинания, водил посохом над головой.

Неприметное шевеление приближалось. Трава таила опасность.

Прятала в себе острые копья с зазубренными наконечниками. Скрывала невысоких кровожадных созданий, таких быстрых и таких уродливых.

Сколько же их там?

Вдруг маг выкрикнул короткое слово, и откуда-то налетел упругий вихрь, поднял в воздух столб пыли, закрутился бешеным смерчем. В ушах засвистело. Глеб едва устоял на ногах под яростным напором урагана.

И вновь маг властно что-то приказал стихии, махнул повелительно посохом, и хобот смерча опал на землю. Осела пыль.

Трава вокруг путников теперь была растерзана, свита, прибита к земле.

Товарищи стояли в центре идеально ровного круга радиусом примерно в десять метров. В центре арены.

Да, теперь враг не сможет подобраться вплотную, оставаясь незамеченным. Но разве это поможет?

Епископ вновь что-то забормотал, закрутил посохом.

А из травы выступили зеленокожие малорослые уродцы с копьями в руках. Гоблины вышли на арену. Не прячась, открыто. Они уже чувствовали себя победителями и не торопились.