Достойный. Начало пути

Была музыка, смех, веселые разговоры, но Акциос вместо радости чувствовал только одиночество. Он ощущал себя чужим. Сейко, Дрейк, Билл, Трик – никто не соизволил даже подойти к нему. Акциос тоже не горел желанием разговаривать с ними, когда те намеренно его сторонились. И вообще, по сравнению со Скайлендом, празднование в Стримвиле праздником не казалось.

Все планы, построенные на эти две недели рухнули. Без Сейко делать и правда было нечего, Акциос проводил почти все время дома с родителями. Бесспорно, он правильно сделал, что приехал.

А то мог бы остаться в академии, как Маркус. Нет, дом – это святое. Слишком много здесь пережито, чтобы так просто взять и не приехать.

Тем не менее Акциос не дотерпел до конца каникул. Когда оставалось еще три дня, он заявил родителям, что уезжает:

– Поеду в Скайленд. Пока есть пару свободных дней, поброжу по городу, новые места посмотрю.

Джон с Мартой не противились. Марта помогла Акциосу собраться, завернула в дорогу теплых пирожков и дала монет. Они проводили сына к дороге, где в определенное время должен проезжать извозчик.

Дождавшись извозчика, родители обняли Акциоса, пожелали успехов и велели не забывать присылать письма раз в месяц. Акциос залез на скамью, отдал четыре серебряных, и сани сразу же двинулись вперед. Джон с Мартой долго махали ему вслед.

***

Рик уже успел вернуться в Новый рассвет и проводил последние дни каникул вдвоем с Маркусом.

– Что, Акциос, тебя тоже дома все достали? – сказал Рик, когда Акциос устроился на кровати, вытянув ноги после долгой дороги.

– Нет, ты что? – возразил он. – Я просто захотел уехать пораньше. Эх… Да, лучший друг не захотел даже разговаривать со мной, я с ним поругался. Если бы не мама с папой, то сразу бы вернулся.

– Понимаю, – закивал головой Рик. – На меня тоже родственники взъелись. Родителям все равно, будто бы и не уезжал, и не приезжал. Словом, никто меня особо не ждал. Я только ради старшей сестры ездил, у нас с ней особенные отношения. Мы друг друга чувствуем очень хорошо, поэтому всегда дружны были.

Остальные огрызаются, злыми какими-то стали. А чего злятся, и сами объяснить не могут. Что ни спрошу, в ответ: «А что, академию закрыли что ли? Чего тебе там не сиделось? Похвастаться приехал, студент?», и в этом роде. И что самое удивительное, – он подался вперед, тронув пальцем переносицу, – кого ни спрошу, у многих сейчас похожая история. Домой поехали, думали, все как раньше будет, но нет. То у одного не заладилось, то у другого.