Рассекая Шпиль. Книга первая.

Я, на самом деле, про проклятия ничего и не знаю. Из-за того, что мои силы были изначально частью меня, моей природой, они и не вызывали во мне чувства интереса. Просто данность. Люди же не листают часами книги, чтобы понять, почему у них есть руки.

Габдэш поражено застыл, пытаясь уложить в голове прозвучавшие слова. Как проклятый не может ничего знать о проклятиях? Как проклятый не может знать того, кто даровал ему этот статус? Неважно какие эмоции он испытывал к беловолосому, необходимо было ему все объяснить.

– Чтобы получить проклятие, нужно испытать сильную негативную эмоцию, будь то ненависть или отчаяние, и обратить на себя внимание высшей сущности. Произойти такое может лишь с теми, чью душу отметила богиня Фортуна.

– То есть проклятыми могут стать только те, кому суждено ими стать?

Дело было в банальной удаче?

– Верно. – кивнул Габи. – И те, кто готов на это пойти. Знаешь почему эта сила зовется именно проклятием, а не благословением? Ради неё надо чем-то жертвовать. И чем жаднее твоя душа, чем страшнее твои запросы, тем выше и цена.

– И что ты отдал за свою силу?

– Я? – в пустоту посмотрел воин. – Своё перерождение. Когда я умру, с моей следующей жизнью Бог Игр сможет распоряжаться так, как захочет. Хоть отправить в ад, если он конечно есть.

Фактически, это было добровольным рабством.

– Почему ты не использовал своё проклятие против убийц «Мертвой Луны»? Не говори, что та ситуация была недостаточно для тебя критической. – вопросы беловолосого не собирались кончаться.

– Моя сила, в отличие от твоей, более специфична. Для её активации требуются определённые условия. Например, количество людей. Убийц было слишком много. – клокот стрекоз напомнил и о Хранителе леса.

Против Фавна реализовать свою способность Габдэш тоже не мог, ибо в сражении участвовало сразу три человека.

– А меня почему не грохнул? Во сне например? – усмехнулся Лост.

Действительно, раз к нему так относились, то почему не убили?

– Исподтишка? Когда ты спишь? – он засмеялся.

Лост задавал себе этот вопрос не раз. Было ли ему жаль всех тех людей, которых он убил? Ситуации были разными. Иногда он был не прав. Иногда сами люди. Были и моменты, в которых можно было обойтись без пролитой крови. Но он равно отнимал чужие жизни. Почему? Потому что его жизнь была дороже их.