Повелитель теней. Том 1

— Всё-таки самоубийца, — вздохнул карлик и завёл свою шарманку по-новой: — Ты хотя бы знаешь, как сложно вести этот…

— Догадываюсь, — перебил я его. — А ещё догадываюсь, что вы набиваете себе цену. Если откажетесь от моего предложения, то я пойду в более гостеприимное место. В конце-то концов Москва не единственный город с Ареной в Российской Империи.

— Да что с тобой будешь делать. Тьфу! — он вытащил из верхнего ящика стола толстенную книгу, открыл на последних страницах и приказал: — Говори имя, фамилию, отчество.

— Марк Игоревич Ломоносов.

— За бой получишь сто пятьдесят рублей… — начал он, но я быстро его перебил.

— Две тысячи рублей — твердо произнес я, — и да, я уже знаю средние расценки, так что вам нет смысла пытаться торговаться.

— Губа не треснет?!

— Вы эту сумму с лихвой окупите. Да и к тому же… Если я погибну, то вам никому не придётся платить.

Карлик задумался, постучал пальцами по столу и в итоге согласился:

— Ну хорошо. По рукам. Выйдешь на Арену ровно в полночь.

Это у нас знаковое время. Первыми проходят новички, заканчивают программу старички, а в середине мы обычно ставим самый впечатляющий бой. Сегодня это время пустовало, так что тебе повезло, отхватишь смачный кусок зрительского внимания! Можешь пока пойти прошвырнуться, городом полюбоваться в последний раз, но чтобы в одиннадцать часов был здесь! В моём кабинете в смысле. Я тебе форму выдам, оружие. А, точно! Ещё…

Напоследок я уточнил:

— А на себя ставить можно?

— Куда тебе? Выигрыш в могилу заберёшь? — ухмыльнулся карлик.

— Но вообще да, можно. Кстати… Нужно согнать на тебя побольше народа… Может, нанять зазывал? Или пустить сообщение по радио?

Оставив его размышлять над организацией поединка, я спустился на первый этаж и снова наведался в кассу, где поставил все деньги, оставшиеся с браслета, на то, что выиграю бой. До одиннадцати оставалось три часа, и я решил закрыть гештальт — принести-таки жертвоприношение моей Богине, Марене.

И вот здесь, изучив вопрос подробнее, я здорово повеселился.

Оказалось, что приносить жертвы Богам можно… зелёнкой. Той самой зелёнкой, которая выпала из одноглазого лиха, — куском зелёной слизи-слайма. Вот почему жрец Сварожича обалдел, когда я притащил в его Храм живого петуха. Его поведение это не оправдывало, но хотя бы становилась понятнее неадекватная реакция. Я негромко рассмеялся, напугав случайного прохожего, — наверное, подумал, что я псих.