Кровь эльфов

Вопреки ожиданиям, напарники прошли внутрь «купола» практически без сопротивления. Небольшое давление отбросило их на полметра, но маг сделал пару пасов руками, усилил нажим и клубы дыма неожиданно расступились, сомкнувшись уже позади. Входные двери тоже охотно отворились, словно были рады гостям. Виллем попытался вернуться, открыв их в обратную сторону, но створки будто превратились в гранитный монолит. Назад выйти тем же путем не получится.

– Да, – согласился Виктор, оглядывая просторный и абсолютно пустой школьный холл, облицованный светлым мрамором.

– Место здесь недружелюбное. И просто так нас не выпустят.

Цвета вокруг побледнели на несколько тонов, любые посторонние звуки исчезли еще на подходах, будто уши залепило ватой. И тем оглушительнее слышались собственные шаги и голоса. Температура упала сильно ниже нуля, вся влага из воздуха превратилась в хрустящий под ногами иней.

– Поверь, – фыркнул Виллем, – школа и в лучшие времена дружелюбием не отличалась. С первого класса интриги как при императорском дворе, дети объединяются в группировки и ведут себя как стаи шакалья.

Верховодят, естественно, те, у кого родители влиятельнее. Остальные вынуждены стать вассалами и выбрать господина. Нейтралитет по определению был невозможен. Учителя, конечно, в курсе, но голодным играм не препятствуют. Некоторые даже поощряют.

– Жестко. У девчонок так же?

– Девочки занимались отдельно, но сестра говорила, что у них было чуть полегче. Хотя в старших классах, когда молодые леди начали потихоньку выходить в свет, жести тоже хватало.

Одной девушке подожгли волосы на уроке живописи. Так вышло, что бывшая тихоня превратилась в ослепительную красавицу – на нее даже положил глаз кто-то из приближенных Императора. Завистницы быстро все исправили – якобы случайно опрокинули растворитель и поднесли свечу. Дело замяли, потому что отец поджигательницы занимал не последний пост в министерстве финансов, а семья пострадавшей едва могла оплачивать обучение девочки в Даррен Фолл. Вроде бы даже магов привлекли для лечения, но былую красоту вернуть ей не смогли. Или не захотели.

За разговором напарники не теряли бдительности, но вокруг не происходило ничего значительного. Маг то и дело просматривал эфир, а Виллем держал в левой руке артефакт-скорописец, фиксировавший несколько параметров эфира в кристаллах памяти. Магический фон превышал допустимые значения, но пока что казенная экипировка успешно держала удар – руны на нагруднике светились не слишком ярко.