Академия последнего шанса

— Он не об этом, — ответил я, примерно представляя, что может произойти в спальне, где будут волшебным образом возбуждены тридцать молодых парней, а не одной девушки не окажется.

— Да? Ну и ладно. Ещё Горький сказал, что могут вырасти такие же деревья рядом, в других помещениях. Теперь из нашей спальни делают патио. Красиво, только в палатке холодно и не так удобно. Эх, знать бы, благодаря кому это дерево выросло!

Я промолчал. Вот оно как всë обернулось, надо же, хотел поесть сладенького яблочка.

— Дëм, смотри, это, наверно, тебе? — Шура указал рукой на дерево на границе палаточного городка.

— Что это? — не остался в стороне Тарковский. — Свастика? У вас что тут, и фашисты имеются?

— Не понимаю о чëм ты, — всмотрелся я в тëмный символ на белой коре берëзы, — но это солард — символ плодородия и процветания.

А у Шуры хорошее зрение. Я со своими полузвериными чувствами и то заметил знак только тогда, когда специально на него посмотрел.

— Сеня, дай что-нибудь съестное, — попросил я.

Тарковский скрестил руки, взмахнул ими и на траве появилась большая сырная голова, жëлтый кругляш.

— Подойдëт?

— Ещё бы, — я схватил сыр и невольно крякнул. — Ого, килограмм двадцать будет.

— Дойдëшь или помочь? — лениво спросил Шура.

— Да сам справлюсь, спасибо, но никого не надо, — ответил я и пошëл в лес, в сторону знака.

Пройдя несколько деревьев, я пробудил Лиську и попросил её вести. Минут через десять, когда руки у меня окончательно отсохли, мы вышли на поляну, полную цветов, грибов и ягод.

На поляне нас встречал подросток лет двенадцати, русоволосый, простой деревенской внешности — круглое лицо, нос картошкой — и только густые зелëные брови и глубокие нечеловеческие глаза выдавали в нëм создание Нави.

— Здравствуй будь, лесной хозяин. Вот, гостинец тебе принëс, согнулся я в поклоне, одновременно выпуская головку сыра, который покатился по траве и подкатился к ногам мальчика.

Лесной хозяин, а это был именно он, нк мог сдержать детского удивления.

— Ого, какой большой гостинец! Да ещё круглый и рыжий, как солнышко! Ну угодил, лисеморд, угодил!

Хозяин был ещё юн, сил не набрал, и от того имел внешность ребëнка.

Но это впечатление обманчиво, даже юный хозяин в своëм лесу сильнее иных Одарённых Инфинумов будет.

Мальчик нагнулся, оторвал когтистыми пальцами кусок сыра и довольно зажевал.

— Ты ночью яблочков хотел вкусных, я почувствовал и помог тебе, прибавив к твоей силе толику своей, — улыбнулся подросток.