Академия последнего шанса

— Вот как?!!!

— А вот так!!! — орëт в ответ Арсений, машет руками и в них появляются два чëрных матëрых котяры. Не растерявшись, Сеня бросает котов в бандосов, и блохастые сразу вцепляются своим жертвам в рожи. Все орут, но громче всех орëт Сеня: — БЕЖИМ!!!

И мы побежали. Прямо по рельсам, а потом немного в сторону, в лесок.

— А коты-то откуда? — бросаю я на ходу.

— Да не знаю я! — чуть не плачет Арсений.

— УБЬЮ!!! — кричит позади нас Шурик. Он позже нас отвис, видимо на котов засмотрелся, и теперь уверенно догонял нас.

— Это он тебе? — с надеждой спросил Тарковский.

— Кажется тебе.

— Ой-ë! Ладно! Щас! — Тарковский на бегу сильно зажмурился, сжал зубы до скрипа и приложил руки к своим семейникам. Труханы исчезли, а вместо них в руках Сени появился знакомый меч Воробьëва-Максвелла с маленькой птичкой в навершии.

Как раз в этот момент Тарковский и влетел головой в дерево. Я тоже остановился. Шура подскочил к Сене и выхватил у него из рук меч.

— Ладно, живи, — смилостивился он и неожиданно заключил, — всë-таки друзья.

— Больно, — пожаловался Тарковский.

— Конечно, так врезаться, — согласился я, не забывая осматриваться. Кажется, никто за нами даже бежать не стал. Лиська выпрыгнула из татуировки и рисунок исчез с кожи. Она сладко потянулась и чëрный мех красиво перекатился по её жилистому стройному телу.

— Да не... Я голой задницей на шишки упал, — признался Сеня.

— Что будем делать? — спросил Шура, настороженно поглядывая на мою лису. Отсутствие одежды, кажется, совершенно его не смущало.

Я одновременно с лисой прислушался к звукам жизни вокруг, к голосу леса, к потокам энергий.

— Я заметил надпись на перроне. Мы вышли в Калуге, а это значит, что мы не доехали всего ничего. Если помните, Академия располагается как раз под Калугой.

— Откуда такая информация? — спросил Шура. Вот лучше бы он так на тех бандосов пялился чем на мою лису, может тогда они бы свалили молча в закат, оставив нас в покое.

— У проводников поспрашивал в первые сутки пути, — я присел, зачерпнул земли и между делом натëр руки, скрывая под слоем грязи татуировки Тотемов.

— На хер? — нервно хохотнул всë также сидящий на земле Тарковский.

— Ты ничего не перепутал, Сеня? — я удивлëнно посмотрел на Тарковского.

— Правда со мной весело?!

— Очень, — ехидно ответил я, а про себя подумал, что так я и вправду ни разу в жизни не веселился.

— Хватит любезничать друг с другом, будет ещё время, — прервал нас Шурик.