Академия последнего шанса

Но никто вокруг не заметил этих изменений внутри меня. — Всë, господин Воробьëв, мы готовы. Можете командовать.

— Удачи, Иволгин. Удачи, Дмитрий Олегович, берегите яйца, — подмигнул учителю Шура. — Начали.

Резкую атаку с наскока я увëл в сторону и сразу разорвал дистанцию. Но учитель не дал мне опомниться и продолжил атаку. Нарочито простые и размашистые удары я либо отбивал, либо без труда уворачивался. Всë как по учебнику. Продолжая улыбаться, Дмитрий Олегович разыгрывал показательный бой, демонстрируя остальным студентам своë превосходство, но меня это не устраивало.

Следующий удар я не просто увëл в сторону, а проделал это полуприсев и провернувшись. Отец с лёгкостью исполнял подобные трюки, а вот моë натренированное и ноющее после вчерашнего тело, отозвалось волной боли.

Меч учителя проскользил по моему, который я выставил вверх, сам уходя вниз. По инерции Дмитрий Олегович сделал два шага, вплотную приблизившись ко мне, и я локтëм ударил его в пах, и ушëл перекатом, разорвав расстояние.

— А я говорил! — выкрикнул Шура и парни вокруг засмеялись.

А я ведь хотел ударить в живот, но в последний момент понял, что не пробью кубики пресса этого монстра, вот и направил удар ниже. Учитель перестал улыбаться и серьёзно посмотрел на меня. Кажется, показательной порки у него не выйдет.

Я перешёл в стремительную и яростную атаку, используя мастерство своего Тотема, выжимая из своего тела всë, на что оно способно. Я делал ставку на финты и скорость. Там, где Дмитрий Олегович ожидал встретить мой клинок, от отбивал несуществующий выпад, в то время как я успевал ударить его мечом в руку или ногу.

Тупая сталь не пробивала кожу преподавателя, и мои удары скорее были подобны ударам биты. Но я также не мог ничего сломать в этой мускулистый туше или нанести значительного урона, так что я смело продолжил избиение.

Отец был непревзойдённым мастером и то, что я сейчас демонстрировал, даже близко не дотягивает до его уровня. Но Дмитрию Олеговичу Андрееву, мастеру фехтования, этого хватало.

Держу пари, большую часть используемых мной сейчас приëмов он ни разу в жизни не видел.

Прошло пять минут боя, и я конкретно так выдохся, а тело учителя покрылось множественными синяками и гематомами, расцветающими тут и там, но только и всего. Пора было завершать бой.

Я в очередной раз провëл обманный финт, провернулся, для придания своему удару дополнительного ускорения, и лупанул тупой часть клинка прямо по носу преподавателя.