Паладин из прошлого тысячелетия

— Это великолепно! — заверил меня Усольцев, разом веселее.

— Но я не оставлю вопрос с Семипаловым, увольнение без пособий, чёрный список, хочу чтобы он не смог устроится даже сторожем на кладбище, это моё единственное желание, читайте контрибуция.

Громов лишь взглянул на главу отделения.

— Считайте, что это уже сделано, — кивнул тот.

— Тогда всего доброго, я уже очень сильно опоздал на встречу, — киваю всем присутствующим в знак прощания.

Выходим на улицу, где я останавливаюсь на ступеньках.

Влад всё так же молчаливо пошёл к автомобилю.

— И ты оставишь всё так? — спросила она, как только переварила услышанное.

— Да, — кивнул я.

— Но почему? — удивилась девушка.

— Потому, что в таком случае, Антон бы загнал бы его в угол, — ответили за меня. Оборачиваюсь, по ступеням вниз спускается Елена, ненароком, а может быть и специально подслушав разговор. — Зачем же портить отношения, когда этого можно не делать?

— Я думала, когда один человек нападает на другого, а получив в ответ фабрикует базу доказательств, чтобы осудить другого, это и есть испорченные отношения, — саркастично заявляет Света, сложив руки на груди.

В чём-то я с ней согласен, но тут всё сложнее. Об этом ей и говорит Елена, не спуская с лица ухмылки.

— Это среди кланов цветочки, обычно, когда отношения испорчены, проливается чья-то кровь, — иронично отвечает она, смотря на алую от раздражения Свету.

— Антон, мне пора, я с работы отпросилась, — свернула разговор Света, смерив Елену взглядом и на глазах у той впилась в губы продолжительным поцелуем.

Оторвавшись, ещё раз кинула на девушку взгляд, но уже другой, победный, побежала ловить такси.

— Спасибо, — сказал я вслед.

— Пожалуйста, — кинула Света, послала воздушный поцелуй и села в остановившуюся машину.

— И тебе спасибо, — поблагодарил я Елену.

— Теперь ты мне должен, — отмахнулась Суворова. — Так что это не благотворительность, а просто услуга за услугу.

— Даже не знаю, что ты потребуешь.

— Потребую нормального разговора, — серьёзно сказала та. — Мне не нравится, когда мы вот так общаемся в последние дни, как незнакомцы.

— А может мы и правда не знакомы? — усмехнулся я.

— Тогда может начнём заново? — она подошла, стоя выше чем я на ступеньку.