Созидатели Вэстри

Четко вижу лишь свои руки, но все же он неприятно давит на глазные яблоки. К слову, пострадавшая в драке рука совершенно сейчас не беспокоит, и даже подумать страшно, какие технологии на мне успели применить, пока я валялась в отключке.

«Надо найти Уилла!»

Мысль бьёт по мозгам, как разыгравшаяэся мигрень. Я немедленно встаю на ноги, растирая отекшик пятки об стельку ботинков. Отступаю к стене, где поблескивает что-то вроде экрана, откуда льет яркий белый свет.

И не стоило мне в него заглядывать, честно говоря. Вцепившись взглядом в очертания человеческого тела, по плечи прикрытого белой медицинской простыней, я в ужасе замираю.

Семь лет я не видела его лицо.

Глава 8 × Кукла (Doll) × Часть 2

Родители шутили, что Тимоти совершенно на них не похож и всё гадали, в кого же он таким красавцем стал. И вправду, у него не было ни той мягкой очаровательности, что принадлежала маме, ни отцовской суровости в чертах лица.

Даже когда родились я с сестрами, отец в шутку делил нас на «папину» и «мамину» гордость.

Энни и Чарли всегда были ближе к матери, так что статус «папиной дочки» единогласно отдали мне. Тимоти же был отщепенцем, который наблюдал за семейным переполохом всегда издалека, не чувствуя к нам особой привязанности. И его необычная, словно высеченная изо льда внешность лишь добавляла расхождений в нашем родстве.

Теперь же этот лёд сковал и всё его тело.

Я с хрипом выдыхаю, оставляя облачко пара на стекле.

— Ну, привет, — четкие мысли ускользают между камней мертвыми змеями. — Помнишь, как мама нам рассказывала после смерти Энни, что мертвые нас слышат? Так вот.

.. — зажимаю опухший нос пальцами, стирая влагу. — Поговори наконец с ней после стольких лет, ладно? И объяснись перед Энни, почему ты исчез. Это важно, братец. Не ради меня, хотя бы ради Чарли побудь напоследок честным.

Хотела бы я сейчас коснуться его охладевшей кожи на впалых щеках, найти под пальцем каждый шрам, оставленный с детства... Хотя бы немного. Ненадолго. Пожалуйста.

Сжимаю веки, и влага оседает на ресницах, когда снова поднимаю взгляд на брата.

Сила идёт от сердца, а оно сейчас просто разрывается на кусочки.

Осторожно концентрируюсь и, как если бы была у меня ещё одна рука, формирую сгусток эфемерной энергии по ту сторону экрана. Ее формы неровные, и вся она колеблется, прямо как Чарли, которая делала свои первые в жизни шаги. Озноб пробивает все мое тело, когда вздрагиваю, коснувшись холодного лица брата. Его кожа... она слишком плотная, неестественная. Как у куклы.