Крестоносец: Железная земля

Мой товарищ по несчастью был, похоже, не расположен общаться со мной – он даже не глянул на меня, прошел мимо и сел на лавку, кутаясь в рваное одеяло, заменявшее ему плащ. Я, было, собрался заговорить с ним, но тут возле фургона вновь раздались голоса, звон цепей, и минутой позже в фургон забрался еще один человек.

- Доброго дня, господа! – поприветствовал он нас и развел руки в приветственном жесте.

Лохматый что-то промычал сквозь зубы – я не расслышал, что именно, - и уткнулся взглядом в пол. Новый узник сел напротив меня, и первым делом начал массировать запястья, на которых тюремные цепи оставили кровоточащие ссадины и синяки.

Я мог хорошо его разглядеть в свете подвешенного к потолку фургона масляного фонаря. Пожилой, щуплый, лицо интеллигентное, бледное, узкое, с выдающимися скулами и тонким крючковатым носом. Из-за лысины и без того высокий лоб казался огромным. Волосы над ушами и козлиная бородка были совсем седыми, так что я не мог определить возраст этого человека: ему могло быть сорок, могло быть и шестьдесят. Чем-то новоприбывший сразу напомнил мне бедного Андрея Михайловича. Простая темная одежда была хоть и добротной, но грязной и сильно поношенной. И еще – у незнакомца была небольшая кожаная сумка через плечо.

- Холодный сегодня день, - сказал с улыбкой незнакомец, продолжая разминать запястья.

Я ничего не сказал. Неизвестный улыбнулся еще шире.

- Сильно вас побили, - произнес он, разглядывая меня. – Пытки?

- Всего лишь один ублюдок, - я машинально коснулся пальцами разбитых губ.

– Жаль, что не смогу вернуть с процентами.

- Предаетесь отчаянию? – спросил он. – Зря. В «Золотых Стихах» сказано, что отчаяние – великий грех.

- Это мое дело, - ответил я.

- Фламеньер?

- Да. А вы?

- Иустин Ганель, к вашим услугам.

- Вы знаете, куда нас повезут?

- В Хольдхейм. Не самое скверное место, если хотите знать.

- Ага, курорт для государственных преступников, - сказал я. – Филиал рая на земле.

- Не совсем, но и не Бездна Неназываемая. Поверьте, есть места куда хуже.

Например, таверна «Под мостом». Тамошний повар не моет рук, а от подавальщиц разит потом.

- Кошмар, - я попытался улыбнуться. – Есть идеи, что нас ждет в Хольдхейме?

- Ничего радостного, я думаю. Но хорошо уже то, что эшафот и каменный мешок где-нибудь в тюрьме Мон-Пале нам точно не грозит.

- Я ни в чем не виноват!

- Охотно верю, - Ганель улыбнулся. – Я по вашему лицу вижу, что вы порядочный человек.

- Вы тоже не похожи на преступника.