Крестоносец: Железная земля

Я покорно встал, глядя на занятого росписью человека.

- Ступайте, - приказал человек в телогрейке, и телохранители, поклонившись, вышли. Человек отложил кисточку, посмотрел на меня.

- Рад вас видеть, шевалье, - сказал он.

- Государь, - я поклонился.

- Мне нравится расписывать керамику, - сказал император Алерий. – Простое и очень доброе занятие. За ним забываешь обо всем. Жаль, что мне не достичь в росписи истинных высот.

- Я плохо разбираюсь в искусстве, государь.

- Поздравляю вас с праздником.

- Благодарю, взаимно.

- Мне рассказали вашу историю, - Алерий жестом предложил мне сесть на свободный стул, но я остался стоять. – Вы ведь из другого мира, верно?

- Да, государь.

- Любопытно. Расскажите, сделайте милость.

-= Да, государь, - я начал рассказывать все, что произошло со мной и с Домино с момента нашей встречи в книжном магазине и до встречи с сэром Робертом. Император внимательно слушал.

- В самом деле, удивительная история, - сказал он, когда я закончил. – И затем вы встретили рыцаря-капитана Роберта де Квинси, и он стал опекать вас, не так ли?

- Полагаю, ваше величество знает мою историю не хуже меня самого.

Алерий улыбнулся.

- Всего лишь навел о вас справки, - сказал он. – Ваше появление в нашем мире удивительно, но еще удивительнее то, что многие высокопоставленные люди прониклись к вам симпатией. К примеру, мессир Оливер де Фаллен очень высокого мнения о вас, юноша. Он уверен, что вы можете принести Ростианской империи большую пользу.

- Мне лестно это слышать, государь.

- Однако не все считают так же. Некоторые в братстве считают, что приняв вас в ряды ордена, Высокий Собор совершил ошибку.

- Государь, для меня гораздо важнее знать, что вы так не считаете.

- Императором в Ростиане всегда становится командор ордена, - ответил Алерий. – Орден – это хребет империи, ее опора и украшение. Веками фламеньеры были той силой, на которой держался Ростиан и наша вера. Вам оказана огромная честь, шевалье. Помню, какую гордость я испытывал, когда получил фламеньерский плащ.

Это было чувство, которое не забывается до самой смерти. Я мог только мечтать о вступлении в орден, ведь мой отец был простым межевым рыцарем из Элькинга. Он представить не мог, что его сын взлетит так высоко.

- Своим возвышением я всецело обязан сэру Роберту де Квинси, - произнес я. – Он…

- Стал вашим покровителем и передал вам эрлинг де Квинси? И вас это удивляет, не так ли?

- Да, государь. Я ничем не заслужил такой чести.

- Вы скромны, и это славно.