Отец Небесный

Находник барахтался в плотной ткани, словно муха в паутине и Стрелок, не мудрствуя лукаво, просто наотмашь рубанул его по закутанной голове. Жаль было, конечно, мятель (ведь почти что новый!), ну, да «снявши голову, по волосам не плачут»!

Трое из семерых! И это в самом начале схватки! О таком исходе своей отчаянной атаки Глеб не мог себе даже и помыслить! Мечник он был неважный, так, серединка на половинку, а искусному, опытному рубаке, так и вовсе не супротивник, не говоря уже о группе спаянных, проверенных временем бойцов.

Самое большее, на что он рассчитывал, пуская в ход свою задумку, так это на то, чтобы ранить двоих-троих своих супротивников, да вывести из схватки, напугать, заставить отказаться от схватки … да видно и правду люди говорят, что «смелым Бог владеет»! А дядька Ушкуй, помнится, еще и приговаривал: «Помни малой, что удалой долго не думает, - то ли, сё ли, раз задумано – делай»!

Но на этом везение Глеба и закончилось.

Удача, конечно, сопутствует смелым, но никакая удача не заменит опыта настоящего боя. А такого опыта у Стрелка было маловато, - с гулькин нос, да и только. Да и откуда он, спрашивается, возьмется у стрелецкого десятника? Зато у его противников, судя по всему, этого-самого опыта ближнего боя хватало с избытком. И это храбрый защитник святилища почувствовал на своей шкуре сразу же, как только изготовился к бою стоя промежду глыбами бывших ворот. В правой руке он сжимал меч, а в левой держал боевой нож, положив его клинком плашмя на предплечье. (Будет чем отражать удары!) Пришлые же, с той же целью, единым движением намотали себе на левую руку плащи, а в правой у них, словно по волшебству, возникли недлинные, в полруки, клинки, наподобие тех, которыми вооружены имперские латники. При этом с их стороны не прозвучало ни слова команды, но, между тем, действовали бойцы на удивление слаженно, так, что сразу же была видна многолетняя дружинная выучка. Это были тебе не нахрапистые разбойнички, - это были настоящие воины! Они встали волчьим полукругом и, все также молча, не говоря меж собой ни слова, все разом, как один, ринулись на супротивника, стараясь взять его в кольцо. Главарь вступил в схватку первым, остальные умело прикрывали ему бока и спину и, словно руки, обнимали встречника с боков.

Дальше Глеб мало что помнит.