Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

Хватит!!!

Еще эта музыка, чтоб ее! Она заполонила все вокруг! Она становилась все громче! Она была абсолютно бесполезна!

Хватит! Прекратите-прекратите-прекратите… и громче… и громче… и громче…

Секунды складывались в минуты, минуты в часы, часы в дни, дни в недели… сливаясь в вязкий кисель без цвета, вкуса и запаха. Сколько вообще прошло времени: пара минут, или пара столетий?

А потом Медее точно на голову приземлился Витек. Останься от ее способности адекватно реагировать на происходящее хотя бы осколки, она… отреагировала бы хоть как-то.

Но в теперешнем состоянии ведьму хватило ровно на то, чтобы на автомате вытащить Избранного из волос.

Тушка Витька сотрясалась от явного переизбытка спорта и впечатлений.

— Там! Там! Началось!!! — верещал он.

Медея еще успела титаническим усилием обернуться. Ей почему-то показалось невероятно важным увидеть, что именно началось.

А «там» колонки и плюшевый медведь вспыхнули сверхновой.

И наступила тьма.

Раз. Два. Три. Четыре.

— Свободна! Наконец-то свободна!

По смазанным ведьминым ощущениям слепота ее продлилась достаточно долго. Но Медея из-за этого не переживала, сил не было.

Она аккуратно прилегла на пол. Пол оказался приятно теплым. Хорошо…

— Мееедь… — послышался откуда-то слева голос Панфутия. — Медя, ты как?

— Как-то, — отозвалась ведьма и закрыла глаза.

Все равно ничего не видно.

Как же хорошо, когда можно просто полежать.

Где-то вдалеке кто-то кого-то бил. Но все это оказалось слишком ничтожным, чтобы преодолеть резко обрушившийся на ведьму дзен. Топот, крики, звуки борьбы, какой-то плохо идентифицируемый гул соткались для нее в ненавязчивую мелодию космической гармонии.

Как все-таки мало нужно человеку для счастья.

Возможно, Медея даже успела вздремнуть, но это не точно. Однако настал момент, когда она отдохнула настолько, что глаза как-то сами, по привычке, открылись.

Увиденное ведьму порадовало. В первую очередь, потому что она снова могла видеть. Ну и забившийся в угол Аристарх оказался приятным бонусом.

При дальнейшем визуальном осмотре в зале обнаружился еще один человек. Невысокий, пузатый лысоватый мужик лет пятидесяти. Странно знакомый… хм…

Мужик лихорадочно нарезал по залу круги, вцепившись себе в остатки волос и что-то бормоча.

Медея решила, что недурно бы сесть.