Семь кругов долга

И что никому не хотелось подставляться под удары ради того, чтобы оставшиеся смогли вытащить и скрутить сопротивляющегося парня.

Глава 9

Вернулся адъютант слишком быстро, Герен даже не успел допить остывающий чай. Да и к штабному дому за орудием наказания парнишка выскочил без бушлата и теперь стоял, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и не решаясь убрать со лба намокшие от растаявшего снега волосы.

Ординарец тоже почувствовал себя как-то неуютно. Как происходит дисциплинарное наказание, он прекрасно помнил.

И по своему опыту — было дело, нарывался в учебке, и по публичным поркам. Но вот самому ему еще ни разу пороть солдат не доводилось.

Герен огляделся: в помещении даже лавки приличной не было, только громоздкий стол да сколоченные полки для бумаг. На стол парня что ли, укладывать? Ординарец вполголоса выругался, Макир побледнел, хотя, казалось бы, куда больше.

— К стенке становись, руками упрись, — рассердившись на себя за нерешительность, скомандовал Герен.

Адъютант выполнил приказ, замер, отчетливо подрагивая плечами.

— Раздеться! — рявкнул Герен.

Парнишка вздрогнул, завозился с застежками комбеза. Ординарец вдруг подумал о том, что после сорока ударов по спине пацану тоже будет болезненно исполнять свои обязанности. “Может, по заднице выдрать?” — мелькнула мысль. В учебке такое тоже практиковали, особенно, если предстояли масштабные учения или показательные тренировки.

— Ниже спускай! И порты стягивай!

Макир помялся, но разжал руки, позволив комбезу упасть вниз.

Теперь поставить ноги пошире для устойчивости не получалось. Макир торопливо развернулся лицом к стене, оперся ладонями о шершавые бревна. И залился румянцем так, что даже уши полыхнули — отчего-то сверкать голым задом при грозном ординарце показалось очень стыдным. Но первый же удар плетью заставил позабыть и про стыдливость, и про то, что месяц назад ему исполнилось девятнадцать, и про то, что он уже давно не мальчишка, а солдат при штабе. Коротко вскрикнув, инстинктивно заслонил руками пострадавшую часть тела с набухающим рубцом.

— Плюс пять ударов! — процедил сквозь зубы Герен, — за неподобающее поведение.

— Прошу прощения, лейтенант, — Макир с усилием придушил всхлип, заставил себя принять нужную позу, даже услужливо наклонился.

Ординарец замахнулся, и не щадя перетянул вздрагивающую спину плеткой от плеча. Снова разозлился — собирался же ведь стегать по ягодицам.

— Считай вслух!

Следующий удар пришелся точно по месту.