Семь кругов долга

И никто не хотел своим глупым выступлением развязать мех взаимных обид и претензий. Оттого толкались молча, но чинно вокруг дома, где офицеры собрались. Да и в те четыре дня, пока за представителями Северного района гонцов отправляли, да пока парни бравым маршем на вездеходах приехали, южане вели себя на редкость примерно. Даже возле трактиров да корчмы не нашлось ни одного взалкашего мести за поруганную честь. Да и в день Совета никто из толпы не орал, стояли как-то боязливо. Оно и понятно: решение исполнено будет, только вот за каждую букву этого приговора и спросить потом полковник может.

А, судя по рассказам и сплетням, мужик он суровый.

В доме тоже не было никакого бурного обсуждения. Восемь офицеров посидели молча, а потом тихонько и незаметно вышли из комнаты, оставив командующих районов друг с другом объясняться. Войны никто не хотел.

— Сделаем, как решили? - скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Шенг. Выпили они вчера много, поговорили при этом мало, но решение, которое бы позволило сохранить нейтралитет, согласовали.

— Да, полковник, - от настоя, усмиряющего боль, Борг отказался. Голова ему сегодня нужна трезвой, и реакции не затуманенные. Только рана, как назло, ныла и дергала, да так, что иной раз и зубами скрипеть приходилось.

— Не ерепенься… и давай без показухи… - Шенг подошел к кадушке с колодезной водой, зачерпнул ковшом, выпил, жадно прихлебывая и позволяя воде стекать по щекам и подбородку. Мундир на груди намок и потемнел, а от холодных капель заныло небо.

- Знал бы сразу, что твой пацан - как-нибудь бы укрыл, потом бы тебе перекинул. Разобрались бы между собой. А так все слишком завертелось.

— Прости… мне просто больно… - тихо признался Борг, и пояснил. - Да не надо лекаря… мне за парня горько…

— Держись… - Шенг плеснул воды на руку и провел по лицу. - Нам для вида надо пару лучин посидеть тут.

Решение Совета озвучили быстро - зачитали прямо с крыльца. И народ как-то воровато стал расползаться по домам.

Рота северян стала лагерем у края воинской части, офицеры ушли в выделенный им гостевой дом. Наказание назначено было на полдень и надо было продержаться вечер, ночь и все утро.

К своим Борг зашел, как стемнело. Узнал, как разместили солдат, невнимательно выслушал принятое приветствие и доклад дежурного и прошел в главную горницу. Голос офицера показался чем-то знакомым, но темнота не позволила разглядеть лицо

— Полковник, - Герен вытянулся по струнке.