Договор! Том 1

Хорошо промыл?

— Да вроде, — отвечаю я и закусываю ветку.

Игла уходит под кожу, и ловкими движениями рана стягивается на глазах.

— Мракой же не был против? И ты же не передумал? — между делом спрашивает магистр.

— Не передумал, буду работать каждый третий день, — ворчу я сквозь веточку. — Ваше чудище хотя бы не кусается.

XIV

Я стою у небольшого окошка в трюме, стараюсь привыкнуть к волнам и качающемуся полу, вдыхаю запах соли и ловлю лицом лучи уже по-настоящему теплого солнца. Короткий миг свободы и тишины.

Раны от укусов ещё зудят и тянут, отёк на ноге после приёмов Бозоя так и не проходит, горло после рук Мракоя першит, но я старательно отгоняю от себя болевые ощущения и дурное настроение.

Слышу шаги.

Спускается Эгни с подносом. Он немного нервничает, оглядывается, осматривает покинутый ненадолго пост и с облегчением обнаруживает, что тут всё ещё ни черта не происходит.

Ставит поднос на бочку, тихонько кашляет. Густой запах еды сам поворачивает мою голову и тянет туда за нос, словно в каком-то старом мультике.

Эгни протягивает мне посуду и прибор, я сажусь на пол у стенки, размещаю еду на коленях, и какое-то время просто смотрю на ещё горячее и дымящееся блюдо. Состав его непонятен, какая-то слипшаяся сероватая каша с зеленью, но зато с едва видными волокнами сушёного мяса и щёдро сдобренная маслом. Слюни начинают заполнять рот, но я не тороплюсь — помешиваю и ровняю кашу, смакую ожидание, пытаюсь представить какая она на вкус, вспоминаю мамину гречку.

Закрываю глаза и отправляю ложку в рот.

М-м-м. Вку-у-усно.

Терпко и немного горчит, не похоже на гречку и вообще на всё, что я пробовал, но горячее и сытное, а значит божественное. Тепло разбегается по горлу вниз и опадает где-то у конечностей. Потрясающе, в сравнении с обычными холодными подачками с кухни Драги. Давно она не баловала меня чем-то таким. Хоть снова б заболеть, чтоб обо мне так заботились в лагере бородачей.

Эгни моего энтузиазма по поводу пищи не разделяет, просто механически ест и немного морщится, что-то вылавливает в каше и кидает за борт. За месяцы или даже годы плаванья он, наверное, устал от однообразной еды и вкусов, и желает попробовать чего-то нового.

Эх, жаль, что я не могу ему ответить ничем таким.

На опыте я не съедаю всё сразу, как бы мне не хотелось, оставляю чутка на дне миски и убираю её в сторону.