Договор! Том 1

Авось сама разнесёт пайку в корзинке, и не надо будет выдерживать её комментарии и взгляды. Она-то точно в курсе, как я ночь провел.

— О чём задумался, шкет? — гаркает лежащий на балке под потолком Бозой. — И куда пропал? Я уж думал ты довыеживался и тебя уже в темницы железом калёным прижигают.

Я рассказываю последние новости, за исключением постельных приключений в доме Драги. Становится ещё немного полегче от того что выговорился.

— Уф. Какой же ты дуболом непробиваемый, — сухо заключает Бозой, и спрыгивает на землю.

— Я так не успею тебя вытащить из неприятностей. Убьют. Насмерть убьют.

— Ну уж, извини, старый, — я начинаю беситься от вечного потока неодобрения. — Твои-то уроки пока не сулят мне никакого будущего, вот я сам и озаботился. Если бы все проблемы можно было бы внезапным ударом в пах решить, то я бы уже порешал.

Старик молчит и недовольно сопит.

— Что всё, наговорился, старый? — бурчу на него, пытаясь унять свёрнутую кровь. — Вот тут бы твой опыт пригодился воинский! Что дальше-то будет? Как выживать? Думаешь, имперцы готовят нападение? План атаки тебя не смущает? Мне что делать?

— План атаки? Ха.

Нет, не смущает. Как и кого убивать — это гимнастика для ума настоящего воина, такой нужно каждый день заниматься утром и вечером. Думаешь, магибстер этот так бы и оставил на видном месте свои настоящие планы, заботливо на бумаге написанные, да тебя в мордой тыкнул ими? Не нужно их недооценивать, сколько раз тебе говорить. Если бы они хотели напасть, то в бухте было бы не четыре корабля, а десять, или даже двадцать. Никто бы не с кем тут не разговаривал, просто бы убили всех и сожгли всё. И детей, и женщин, никого бы не пощадили.

— Имперцы-то?

Уши мои вянут от его тона, полного ненависти и предрассудков. Так и сочится ядом старый хрен. Пьяный батя у телевизора один в один. И не унимается.

— Имперцы суть войны понимают. Враг для них не человек, а враг. Его нужно уничтожить. Всего без остатка, чтобы некому было прийти и отомстить, чтобы никто не мог силы восстановить, чтобы ничего не осталось, даже памяти.

Они сражаются только когда им выгодно, и только когда знают, что победят. Если их слишком мало, то они будут копить силы, пока преимущество не станет критическим.

— Сказки-то где такие подслушал? — прерываю я его тираду. — Эх, знал бы ты дубина старая, что такое цивилизация, и как себя настоящие люди ведут. Ты ж не жил никогда как человек, вне всего этого.