Договор! Том 1

Любознательность она вообще в природе человека, полагаю.

— Хм, — Эгни смотрит на меня удивлённо. — А ты не глупый. И как нам её разговорить?

— Пока не знаю. Давай думать вместе, если в этом вопросе ты мне товарищ.

Эгни кивает, и мы вдвоём в задумчивости начинаем сверлить взглядом безвольную пленницу.

Слишком поздно слышим шаги снаружи, и едва успеваем вытянуться оба по струнке и закрыть собой Ноду.

Входит магистр, нагибаясь для преодоления низкого косяка, закрывает за собой дверь, щурится от плохого освещения, и затем кардинально меняется в лице от «эффекта Ноды», весь напрягается и начинает тяжёлее дышать.

— Ух, как душно от неё… Правильно, что закрыли её от посторонних глаз, — заключает магистр. — Выйдем на минутку.

Я вздыхаю с облегчением, понимая, что магистр не заметил, что Нода без маски, да и вообще старается не смотреть в её сторону, начинаю идти к выходу, но магистр жестом останавливает меня.

— Не ты, Батар. Стражник. К тебе у меня дел нет.

Я останавливаюсь, Эгни выходит.

Вот оно, опять. Странное чувство, будто меня оттолкнули. Магистр ко мне стал явно холоднее, что-то случилось.

Они говорят подальше от постройки, так, чтобы я не услышал. Эгни возвращается и у него тоже меняется настроение на какое-то прохладное.

— О чём говорили?

— Да так ни о чём. Просто текущий доклад и распоряжения. Всё пока без изменений. Ты иди, Батар. Как-нибудь вместе ещё соберёмся. А пока не нужно тут без дела слоняться.

***

Захожу к Драге за пожрать, и тоже замечаю, что она тоже как-то холоднее, чем обычно.

— И ты на меня зуб точишь? — спрашиваю я между делом. — Тебе-то я чего сделал? Чего за день-то такой?

— Я уже говорила, — подумав, отвечает Драга. — Ты ходящая неприятность, и неприятности притягиваешь. Не нравишься ты мне, потому что кто-то из-за тебя пострадать может. Да и крыс никто не любит. Думаешь, вот этим заниматься — это твой способ подняться? Нет. Только опустишься на самое дно, да кого ещё с собой утянешь. Да там и сдохнешь.

— Эм?!

— Держись подальше от моих девок. Там для тебя только смерть.

— Да я вообще… — я обрываю зарождающуюся гневную тираду, снисходительно улыбаюсь и замолкаю.

Похоже, бабка не знает, что Глафир я не трогал, и пусть это так и останется, даже мне во вред.

— Что ты?

— Заслужил, — буркаю я, и в молчании ковыряюсь в еде.

***

С неприятным холодком внутри, покидаю дом бабки, получаю ещё заданий от Зеледея и погружаюсь с головой в мысли и лопатные работы.