Договор! Том 1

Я мельком вижу небо и солнце, маленькое и ярко-жёлтое, совсем иное, чем я привык видеть. Божечки… Никакое это не прошлое. А самое, что не наесть моё паршивое настоящее. Хер пойми где.

— Только не тёмное фэнтези, только не тёмное фэнтези, только не тёмное фэнтези, — шепчу я как заведённый.

— Ты раб! — орёт на мёня дикарь и швыряет о землю. — Убежишь — будет так!

— Только не тёмное фэнтези, только не тёмное фэнтези, только не тёмное фэнтези…

Он силой задирает мою голову и тычет меня носом в нечто, что я не сразу смог распознать.

Сине-чёрные изодранные босые ноги, прикрытые обрывками штанов… выпущенные наружу кишки и страшное лицо давно повешенного мертвяка. Меня лицом тычут в труп. В труп!

— Твою ж мать!

III

— Куда вы меня тащите? Э! А ну поставьте дяденьку на место!

Я связан по рукам и ногам, и всё ещё пытаюсь брыкаться, насколько позволяет моё состояние. Меня кидают лицом в грязь лесной тропинки, тут же подхватывают, прокатывают коленями по дорожным камням и веткам, смеются и снова отвешивают мне обидные и болезненные оплеухи.

— Ну вы псы! Дай в себя прийти, раз на раз выскочим!

— Молчать, раб!

От борьбы и короткого путешествия я устаю, словно марафонец в конце забега, хватаю воздух и даже не могу перестать трястись. Силы на исходе, сердце гулко бьёт по ушам, пару тройку раз проваливаюсь в темноту и прихожу в себя уже в каком-то городишке… Если можно так назвать просторный двор с мешаниной грязи вместо асфальта, пару загонов для скота и бараков и высоченные стены из толстенных заострённых стволов дерева с дозорными башнями.

Что-то вроде острогов со страниц учебника истории, но выглядит как-то по-другому, незнакомо.

Местные обитатели, едва одетые и грязные оборванцы, прямо как те, что избивали и тащили меня, пырятся и изучают меня, словно я негр в Сибири. Собирается толпа, меня дёргают за одежду и уши, смеются и тыкают палками. У меня нет сил сопротивляться, я дышу и кашляю, меня загнали так, будто я бухал весь семестр, а потом вышел сдавать норматив на лыжах. Одно только хорошо — экзекуция заканчивается быстро.

Меня бросают к ногам здорового лысого бородача, деловито стоящего у крыльца одного из домишек.

— Хмырь заморский нам подарочек оставил. Дрищ этот после ранения, но не сдох и идёт на поправку, — поясняет за меня один из пленителей и пинает меня по жопе. Я пытаюсь подняться из грязи хотя бы на колени, но верёвки и слабость превращают это простое действие в ещё одно испытание, из которого не так-то и просто выйти победителем.