Договор! Том 1

И это в мире без стоматологов! А ведь и мне могли прикус тут таким образом исправить, если б поставился.

Лучше уж нога.

Столы и окрестности вокруг зассаны и заблёваны. К счастью, вместо уборки испражнений, мне поручают таскание охренеть какой тяжёлой мебели по местам прежнего расположения в домах и верандах, с чем я с трудом справляюсь где-то к обеду. Запах блевотины, ссанины и кислотного алкоголя к тому времени почти выветривается, и дышать становится куда легче. Колья вынимают из ямы и складывают рядом до следующего чемпионата, большая загадка как на них никто не напоролся ночью.

Но только до того момента, пока не начинается новый виток дичи.

Во всех домах затапливают бани, бородачи усиленно моются и приводят в порядок густую растительность, затем одеваются в лёгкие белоснежные брюки и рубахи, и босыми отправляются в поход куда-то на гору в лес. Несут с собой горящие факелы и свечи, какие-то мешочки, поют песни и всем видом изображают скорбь.

Выходит Драга, помогает придержать дверь, пока я вношу тяжёленный стул, и смотрит внимательно, как я прихрамываю.

— Жить буду, — заявляю я ей. — Но не так хорошо как раньше. Не посмотришь ногу? А то она чего-то синяя и опухла.

— Нет, — отвечает Драга. — Сам сломал, пёс побитый, сам и чини. Надо было тебе ещё голову отбить, чтобы ты понял, наконец, что ты раб, а не мужчина, и мужскими делами тебе заниматься не надо. Всематерь тебя ещё научит смирению.

Пока я думаю над ответом, из дома выходит Глафир, и мы встречаемся с ней взглядами.

Тяжёло понять, что происходит в прекрасной головке за красивыми почти чёрными глазами. Из всего, что могу распознать, определяю только усталось и то, что она смотрит на меня почти, что как на пустое место. Не мудрено. Из всей пирамиды здешних мужчин, я, наверное, в самом низу.

— А чего там происходит? — спрашиваю я Драгу и киваю на улицу.

— На капище пошли, предков почитать и защиты у них просить в новом году, — нехотя отвечает Драга, поворачивается к Глафир.

— Есть, — отвечает Глафир, потупив взгляд.

— Так идите и работайте. Оба.

***

Я гашусь немного меньше, следую совету старика и прихрамываю, и пытаюсь представить, как княжеский ублюдок будет издеваться надо мной теперь. Мне ж теперь не убежать, даж когда нога заживёт.

— А, Батар, кажется. Здравствуй, — прерывает мои мысли магистр, идущий навстречу.

— Здравствуйте.