Орден Небесного клинка

Руперт не помнил ни одного дня рождения дворецкого. Обычно старик брал выходной и уезжал в Дерновку или к другой своей родне, что живёт в окрестностях Альгрида. Похоже, Райан стал первым из Свиверов, кто организовал Герману праздник. За столько лет верной службы дворецкий заслужил куда больше. Руперту не стоило отставать, следующий день рождения… он осёкся.

«Следующий день рождения…».

Мари уже давно спала. Руперт поймал себя на том, что вновь смотрел на неё, он постыдился и уставился на дорогу. Но и Бардо была хороша! Как они вернулись из Болунтура, Руп то и дело ловил на себе её взгляды.

Взгляды, которые она каждый раз спешила отвести.

Дома вокруг стали чаще, тут и там люди собирали сено, в последние разы выпускали скотину на поля, мужчина с кустистой седой бородой утеплял крышу, а у соседнего дома трое детей кололи дрова.

Свивер направил машину через мост, и они въехали в Нижнюю Дерновку. На самом деле Верхней и Нижней их звали теперь только старожилы. Посёлок начал разрастаться ещё при молодости Германа, и два селения вскоре слились в одно, а мост через одноимённую реку лишь укрепил их.

Вдали, за очередным поворотом показалась ферма. Последняя ферма во всей Дерновке. Домик был простым, но выглядел уютно и опрятно. С пóля за домом и большей части грядок уже собрали урожай, как и с одинокой груши росшей у самого забора.

Когда Руп остановил машину перед калиткой, он аккуратно разбудил Германа, тронув того за плечо. Увидев вышедшую на крыльцо женщину с укутанным в пелёнки младенцем, старик улыбнулся и поспешил выйти из машины.

Мари потянулась, зевнула и тоже вышла на улицу, Руперт заглушил мотор и открыл багажник. Пока Свивер доставал чемодан, к нему подошёл дворецкий.

— Руперт, — старик тронул хозяина за локоть. — В моей спальне во втором ящике комода под брюками лежит трофейный пистолет. Я его ещё с войны привёз. Это я тебе на всякий случай говорю, мало ли что…

Свивер недоумённо нахмурился, но ничего сказать не успел — со стороны колодца подошёл мужчина с двумя большими вёдрами, полными воды.

Он был старше Рупа лет на десять, с широким лицом, щетиной, тёмными курчавыми волосами, весёлыми глазами и шапкой набекрень.

— Батя! — мужчина с плеском поставил вёдра и обнял Германа. — Что с твоей рукой? Ты чего с тростью?

— Здоровье подвело недавно, но ты не переживай, сынок. — Явно не желая развивать тему, дворецкий повернулся к попутчикам: — Это Руперт Свивер и Мари Бардо.

— Уильям, — протянул руку мужчина. — Много о вас наслышан.