Орден Небесного клинка

Герман спал, мерно посапывая, а Руперт сидел на краю постели и держал старика за руку. Мари улыбнулась и пошла в ванную.

Вскоре Бардо сидела в своей комнате и расчёсывала длинные волосы, корни которых были наконец осветлены.

Мари вновь вспомнила одну из тренировок. У неё тогда был день рождения, девочка хотела позвать школьных друзей и повеселиться, но отец велел заниматься. Снова и снова. Спарринг за спаррингом. Юная Бардо просила отпустить её, но в ответ получала лишь «Плохо! Ещё раз!». Они не прекратили заниматься даже когда пошёл дождь.

Её деревянный меч истрескался, гарда начала шататься, а навершие и вовсе потерялось. Мари уже не надеялась увидеться с друзьями, равно как и унять тряску в руках. Она просто хотела остановиться. Но вновь и вновь слышала «Ещё раз!». Наконец мама выглянула из окна и позвала обоих внутрь. Бардо вытерла мокрые волосы и переоделась, а когда вышла из своей комнаты, то увидела ароматный яблочный пирог со свечой в центре, а рядом стояли чашки со свежим чаем. Родители поздравили её, а отец похвалил за усердие и подарил новый тренировочный меч. Мари была счастлива, как никогда в своей жизни. Словно инструмент, который наконец-то почистили.

«Но со Свивером ничем не делись, — слова отца эхом отзывались в её голове. — Отбери, что найдёте. Силой, если потребуется».

Мари была уверена в том, что сможет одолеть Рупа в реальном бою, даже с учётом недавнего спарринга.

«Хочу ли я этого?».

Сражаясь с Филиппом, она буквально доверяла Свиверу свою жизнь. Они рука об руку искали созвездия, провели вместе столько времени…

«Всё, чтобы в конце я убила его? И с Фредериком получилось так же».

Бардо всем сердцем любила своего мужа, но продолжала следить через него за рынком артефактов, узнавала о раскопках и даже воровала кое-какие записи. Она просто не могла ослушаться. А потом Фредерик всё узнал.

В дверь постучали.

— Ты вернулась? — заглянул в комнату Руперт.

— Да. Как он?

— Поднять его наверх оказалось той ещё задачкой… Левая нога почти не работает, как и рука, — Руперт уселся на край постели.

— Ему тяжело говорить, и он почти не ест. Врач сказал, что он будет почти всё время спать.

— Мне жаль, что так вышло, Руперт, — Мари отложила расчёску и повернулась к Свиверу. — Если бы я не украла книгу, Филипп не пришёл бы в тот дом и…

— И это случилось бы позже, — отмахнулся Руп. — Ты не виновата. Возраст… А ещё я заставил его понервничать с этой поездкой в Болунтур.

— Он любит тебя, — Мари взяла Свивера за руку.