Орден Небесного клинка

Почему вы плакали?

— Не твоё дело, — сдавленно ответила Мари.

— Знаете, для горничной вы чересчур грубы.

— Плевать, у

меня выходной! Хочу — грублю, хочу — напиваюсь. Свой долг на сегодня я уже выполнила.

— А Герман сказал, что вы просто отпросились в город.

— Проклятье… — вздохнула Мари. — Тогда в другой день отработаю.

— Так, что же заставило вас плакать? — спросил Руп.

— А чего мне… не плакать? А? — заплетающимся языком произнесла Мари. — Знаешь, кто я по образованию? Я, археолог. И я работала археологом… это была моя страсть, моё призвание.

Ездила с разными экспедициями… Раскапывала храмы и гробницы. Столько древностей повидала!..

«И что же ты забыла здесь?».

Мари бросила на Рупа какой-то странный взгляд. Руп не мог сказать, читалось ли в нём презрение или попытка сказать «не надо жалеть меня».

— Потом я вышла замуж, — вновь повернувшись к цветам, продолжала Мари. — За такого же археолога… как и я. За директора местного музея. Семья всё твердила, что это поможет выполнить цель нашего рода, а это было по любви.

Ты любил когда-нибудь? Неважно, мне нет дела. Потом мы развелись. Со скандалом, конечно. Я уволилась из музея, после чего меня ждал ещё и скандал с семьёй. Все они только и твердили о целях и наследии. «Ты должна была всё понимать… Бороться до конца…». Идиоты. Только бабушка от меня не отвернулась. Ей самой уже не было дела до этого дурацкого Ор… Неважно. И вот я работаю, то горничной, то продавщицей, то уборщицей… Из-за бабушки я заперта… в этом убогом городе, где больше не могу заниматься любимым делом. Иногда мне кажется, что я жду её смерти… Это просто ужасно, ведь она последний человек, который искренне любит меня! И она для меня такая же.

Мари поставила бутылку на газон и обеими руками схватилась за лицо, её плечи начали подрагивать. Руп сел рядом и положил свободную руку на её плечо.

— А эти тупые… целеустремлённые идеалисты, так и не узнают никогда, что я не переставала бороться за ИХ цели. Не переставала верить в ИХ идеи… — доносилось из-под бледных рук.

— Даже сейчас… Сижу тут, как дура и кишки перед тобой выворачиваю, а на деле…

Руп не знал, что сказать. Он был в ступоре.

— Чего пялишься? — подняла глаза Бардо. — Влюбился? Ну уж нет… Оставь меня одну, а завтра сделай вид, что ничего не видел и не слышал. Сейчас я допью своё волшебное вино и лягу спать.

Она не стала дожидаться, когда Руп уйдёт, и вместо этого встала сама. Мари взяла бутылку и, пошатываясь, направилась в сторону ивняка.