Виктория значит Победа

После того, как Вика объяснила ему ситуацию, он спокойно взвалил мешок на плечо и пригрозил:

- Ну, я тебя! Ходил в отличниках, ремня не знал, так теперь узнаешь!

И Пикшумдо повела всадников дальше. Вика заметила, что в крепости стоит тишина, если не считать негромкого гула толпы. Видимо все дело в том, что теперь стало некому работать в мастерских. Уже давно совсем стемнело, но высоко, под самыми крышами домов, пылали факелы, видимо, такие же колдовские, как попались им в школе.

- Ну вот, мы и пришли, - сказала, наконец Пикшумдо.

– Всех коней держат здесь. 

Она указала на широкие двустворчатые ворота, запертые огромным грубым засовом. Сарвет тут же подскакал к ним и сдернув этот засов, оттащил одну из створок в сторону. Четверка всадников проскочила внутрь, собираясь выводить коней из стойл, как вдруг пришлось срочно натягивать поводья.

Коней тут не было, а вместо них было их отвратительное подобие – алконьсикры.

Разноцветные круглоголовые твари заполняли все пространство обширной конюшни.

Их огромные круглые глаза глядели на людей с безотчетной злобой.

- Не может быть! – воскликнула Пикшумдо.

На ее лице был написан неподдельный ужас и недоумение, и Вика сразу поняла, что она не врет. Одним рывком втянула девочку к себе на седло, и вовремя – зубы ближайшего алконьсикра лязгнули в воздухе именно том, где только что стояла юная хонкийка. Его голова тут же полетела под копыта Луча, срубленная кровным Викиным клинком, но остальные были совсем близко.

 

Вика все поняла. Еще несколько минут назад здесь и вправду были нормальные кони, но ихмевалты успели телепортировать их отсюда, а сюда загнать эту мерзость. Как ловко они, однако овладели этим искусством! Хорошо хоть, переместиться в подземный город им не дает стальная оболочка. Но вот если они попали туда обычным способом, то могут перемещаться в любое внутреннее помещение, что доказала Ведьма, убившая Ошо.

- Ладвапунг, у тебя еще не осталось смеси для факелов? – крикнула Вика, но тот только покачал головой.

Значит, поджечь этих тварей, как курихалдьяс, не получится. И не выпустить их на улицу, к безоружной толпе тоже уже невозможно – несколько тварей проскочили наружу под ногами коней. 

Впрочем, она забыла, что толпа теперь уже не безоружна. И мечи засвистели не только в конюшне, но и там, на улице. Пленники, почувствовавшие аромат близкой свободы, решили биться до последнего, но только не попасть в руки врага.