Гниль

Исходя из этого, для меня невероятно странно и даже дико было наблюдать за тем, как орда маленьких, скрюченных, зеленокожих карликов с противным писком и верещанием пыталась окружить очередную повозку и, когда это наконец удавалось, скопом бросалась внутрь, разрывая полотнища тента сразу в нескольких десятков мест. А после выволакивая наружу сопротивляющегося кучера, служанку или мешки с нехитрым скарбом или провизией караванщиков.

К моменту моего появления на обочине лесной дороги, карликам удалось взять «штурмом» больше половины повозок и основное сопротивление защитников было сосредоточено именно около паровика.

Возможно я бы посчитал этих странных созданий мутантами, если бы не их общее единообразие и некоторые отличительные черты внешности, которыми обладал почти каждый из зеленых аборигенов. Кроме того, карлики использовали примитивное подобие грубого оружия в виде дубин, коротких копий и мелких кривых щитов, обмотанных шкурками животных. А еще периодически перекрикивались между собой на лающем, гортанном наречии явно координируя совместные действия.

Мутанты так почти никогда не поступали, ибо являлись крайне обособленными и антисоциальными по своей природе созданиями. Кроме того, каждая мутация является строго индивидуальной, ведь искажения организма под эманациями Гнили или других аспектов Силы всегда проходят по совершенно уникальному пути развития.

Еще мутантам проще и значительно легче использовать в качестве оружия особенности собственного физического развития в виде клыков, когтей и прочной, ороговевшей кожи, а не вытесывать из веток деревьев такие нелепые подобия условно боевой экипировки.

Вовремя спохватившись, я привычным мысленным импульсом почти смог погасить жажду крови, стремительно зарождающуюся в разуме вожака демонических гончих и решил отвлечься от созерцания происходящей бойни. После чего отдал простую команду рассредоточиться и медленно отступить на несколько метров назад, укрывшись чуть глубже в буйной зеленой листве кустарников.

Надо было действовать, но слишком много неясных переменных и неопределенных возможных исходов сражения мешали выработки конкретного плана действий. К тому же я еще не решил, как именно поступить с возможными будущими пленниками и совершенно не был уверен в том, что смогу погасить демонические инстинкты в том случае, если добыча живого источника ценной информации пройдет успешно.

Но этой был мой единственный шанс.