Вставай и иди

…

Миттен - столица империи величественный город, простирающийся на километры во все стороны. Когда-то, свыше тысячи лет назад это был лишь пограничный форт, в форме восьмиконечной звезды. Удивительно, но и по сей день, город сохраняет ту же строгую форму, и пусть теперь в нём живут сотни тысяч, а некоторые заявляют, что уже свыше миллиона имперцев, но императорские зодчие из века в век следят за строгим и прекрасным видом самого большого города в мире.

Его величественные дворцы возведены из белого мрамора и сиреневых резных блоков, тайна производства которых завязана на всё том же особенном материале, что добывают лишь здесь в центральной провинции Тканире.

Широкие мощённые улицы прямыми линия режут городские кварталы, снисходя с возвышенности от общественных центров вниз к домам горожан.

Яркий солнечный свет полуденного солнца не жжёт кожу, а нежно ласкает теплом розовокожих горожан, спешащих к центру города – площади воинской славы.

Стража в цельных лилактитовых доспехах приветствует видных горожан поднятием руки.

Дети разного рода и происхождения с восхищением смотрят на строгих воинов, среди которых четвёртая часть – женщины.

Но тут их внимание переключается на марширующих скорым шагом солдат. Улица наполнилась нестройным ором двух десятков низких голосов:

Шаг и бой! Идём вперёд,

Мы на острие!

Пусть умрём! Идём вперёд,

Враг сгорит в огне!

Нет врага страшнее страха!

Нет пути назад!

Смело, с воинской отвагой

Жив и стар и млад!

Имперским строем мы войдём,

Разрушим стан врага!

На каждого, да хоть втроём.

Попробуйте меча!

Любой из них был куда суровее, даже, лейтенанта городской стражи. Их пластинчатая броня начищена до блеска, но десятки отметин от вражеских клинков оставались видны на пластинах. Хмурые лица намирцев, и приморцев, повидавших многое, покрыты шрамами. Цвет их кожи выделялся на фоне коренных тканирцев, но здесь все их считали не просто за равных, но как пример для подражания.

Стража вытянулась по струнке в приветствии воинов. Легионеры ответили им салютом, не сбавляя шаг.

Взвод продолжил движение вперёд.

На одном из перекрёстков к ним присоединился розовокожий сержант Бимонир, сменив во главе строя Тидора. Бимонир светился от счастья, пусть и пытался это скрыть. По взводу прошли довольные улыбки. Старый сержант щеголял в лейтенантской броне с длинным фиолетовым плащом.

Тидор тоже порадовался за товарища, но сдержал строгое выражение лица. Вообще двадцати четырёхлетний сержант был крайне привлекателен.