Смертельная Игра. Новичок

Строители, повара, уборщики, кассиры, военные… Во всех этих отраслях роботы были более выгодными в плане эксплуатации, нежели люди, просто потому что они спокойно могли на протяжении многих лет работать двадцать четыре часа в сутки и, конечно, не требовали заработной платы, что, несомненно, тоже являлось весомым аргументом.

Из-за этого людям пришлось пересмотреть приоритеты в плане выбора профессии, так как процент безработных ввиду дешевизны труда механических жестянок постепенно рос. А в две тысяча восемьдесят седьмом году даже был мировой кризис, связанный с огромным процентом безработицы и преобладанием на рынке труда роботизированных рабочих.

 Но его удалось перебороть, и сейчас большинство населения планеты в основной своей массе задействовано в интеллектуальных и творческих сферах: там, где жестяные мозги могут быть бессильны.

Веста была роботом-гуманоидом с простейшим алгоритмическим сознанием, которое даже если бы хотело (чего по определению быть не может), ничего не смогло бы сделать нашей семье.

Восстания машин ещё никто не отменял. «Паранойя», - скажете вы. «Предосторожность», - отвечу вам я.

   - Доброе утро, Лёша, Марина, - холодным женским голосом поприветствовала  нас Веста, когда мы с сестрёнкой завалились на кухню. – Желаете поесть?

«Утро добрым не бывает», - подумал я, задумчиво глядя на маленькое чудовище, но вслух сказал совершенно другое.

- Да. Я с радостью! - я в предвкушении вкусного и калорийного завтрака радостно потёр руки.

 

   - Я тоже, - тут же поддакнула Маринка, при этом не сводя с меня обиженного взгляда. 

   - Идите мыть руки, садитесь за стол, - произнёс робот свою стандартную фразу, которая лично у меня уже в печенках сидит.

Я, повинуясь воле Весты, быстро покинул кухню, но, услышав за спиной подозрительное сопение, мгновенно остановился и, обернувшись, увидел, что обиженная Маринка пристроилась за мной хвостиком и не отстает от меня ни на шаг.

- Ну, прости, сестрёнка, - вынужденно извинился я, видя выражение её лица.

Уже имея опыт общения с противоположным полом, я был практически на сто процентов уверен, что если я не попрошу прощения, то мы с моим личным исчадием ада не помиримся никогда. Ибо не царское это дело: императрице у холопа прощения просить.

- Хорошо, - вдруг, не оправдав моих ожиданий, удивительно легко согласилась Маринка.