Этот мир не выдержит меня. Том 4

Я изо всех сил ущипнул Лэйлу за мочки ушей — они слегка опухли и налились краснотой. Такой приём менее травмоопасен и куда более эффективен, чем банальные пощёчины. Хотя, в нашем случае, травмоопасность не имела никакого значения. Этой дамочке пощёчинами не навредить — её и из пушки-то не вдруг убьёшь.

— А-а-а-а... — протянула девушка. Зелёные глаза слегка прояснились.

Отлично. Лёд, как говорится, тронулся. Я повторил процедуру.

Лэйла дёрнула головой. Пелена окончательно ушла из взгляда.

Возможно, мне показалось, но вместе с пеленой ушли также искры безумия — по крайней мере, большая их часть. Впервые с момента нашего знакомства девушка выглядела почти нормальной.

— Отстань, а, маленький мой... — глухим безжизненным голосом попросила она. — Оставь тётушку Лэйлу в покое... Тётушка Лэйла не хочет разговаривать... Тётушка Лэйла вообще больше ничего не хочет...

Девушка попыталась перевернуться на живот, но я не дал ей осуществить задуманное.

— Отставить апатию, — я придавил Лэйлу коленом.

— Иначе мне придётся тебя слегка подбодрить.

Пальцы ухватились за рукоять чёрного кинжала. Клинок покинул ножны и холодно заблестел в пробивавшемся сквозь кроны тусклом свете.

— Делай что хочешь, — Лэйла равнодушно посмотрела на застывшее у кончика её носа остриё. — Мне плевать...

— И ты не будешь возражать, даже если я решу скормить тебя Усачу? — прищурившись спросил я.

Краб слегка дёрнулся, демонстрируя готовность немедленно исполнить моё решение.

— Я буду тебе только благодарна, маленький мой... — устало выдохнула девушка. — Так что давай, сделай тётушке Лэйле одолжение... Пусть всё закончится быстро...

Интересно, какие такие ужасы поджидали нас в Гиблом лесу, что даже моя самозваная тётушка торопилась сбежать от них на тот свет? Ответа у меня пока не было, но я, в отличие от девушки, впадать в отчаяние в любом случае не собирался.

Ситуация опасная? Наверняка. Но мне не привыкать.

Хотелось бы, конечно, разочек угодить из огня не в полымя, а в какое-нибудь более приятное окружение, однако страдать по поводу собственной непростой судьбы — это совершенно бесперспективное занятие. Страдания ничего не изменят. Нужно действовать.

— Не нагнетай, — я убрал кинжал обратно в ножны. — Хочешь умереть? Не вопрос. Расскажи всё, что знаешь об этом месте, а взамен я прикончу тебя так быстро, что ты даже понять ничего не успеешь.