Билет в один конец (ВМ-1, v. 2022).

Брюнетка та еще язва, и на дядю Толю чем-то похожа, не иначе как родственница. А ведь значит и моя тоже, но не кровная, можно и подкатить.

До местной столовой я дошел буквально за пару минут, без приключений и опасностей. Привычно уже приложив светившийся прежним зеленым цветом симлинк к оранжевому кругу, и миновав холл с пустыми диванчиками, по ходу пунктирной линии оказался в небольшом, метров сто – сто пятьдесят квадратных, помещении, заставленном обычными пластиковыми столами и стульями. Вместо окон экран во всю стену показывал техмерные картины природы, явно не из этих мест – море, острова, пальмы, девушки в купальниках и без.

Легкая эротика сопровождалась тихим, едва слышным наигрышем на клавишных, очень мелодичным.

Народу практически не было, за столиком в левом дальнем углу сидела компания из трех мужчин и одной девушки, они пили какой-то ядовито-оранжевый напиток из одного большого стеклянного кувшина, по очереди, прямо из горла, что-то громко обсуждали и смеялись. Все они были в однотипной форме без погон, видимо, из одной военной части.

Хотя откуда мне знать, как тут принято, может быть это повседневная одежда, а военная форма как раз на мне. Бирюзовая рубашка – никак не ниже полковника, полагаю. Кремовые брюки – авиация, кроссовки – тяжелый штурмовик, симлинк за запястье – диверсант с легендой.

Трое, включая девушку, были огненно-рыжие – два парня, один смеялся громче всех, другой, напротив, сдержанно улыбался. Четвертый, сидевший рядом с девушкой – брюнет, выше остальных на полголовы, здоровый такой ухоженный бугай, мощные мыщцы перекатывались под обтягивающей торс синей рубашкой, идеальная прическа, белоснежная улыбка, хорошо хоть девушку обнимал, а то видал я таких метросексуалов с радужной ориентацией.

Но опять же, на Земле, а тут свои обычаи, и неизвестно, что моя одежда означает.

Помощница дяди, сидела в другом углу, и неторопливо потягивала что-то серебристо-зелёное из высокого бокала на тонкой ножке. Попробовал проделать с ней то же, что и с дядей Толей, пригляделся, напрягся, но вживлённый чип имени девушки выдавать не спешил.

Точно так же он и с шумной компанией поступил – сохранил инкогнито.

Близко к военным я садиться не стал, у них свое веселье, у меня свое, к тому же брюнет на меня как-то недобро посмотрел, хотел было за столик к блондиночке пристроиться, но уж больно у неё вид был недоступный. Первый обед в этой реальности мне предстояло съесть в одиночестве.

.