Стук из шкафа

А Валентина тем временем, изучала появляющиеся фигуры на изгибах бумаги, и про себя рисовала карикатуры для детских книжек.

– Так вы говорите, что был опять этот стук? – борясь с зевотой, проговорил Николай – которую ночь его мучила бессонница. В то же время его встревожил вид пациентки. На морщинистом лице сияла загадочная улыбка.

– Да, я боюсь вам признаться, но я скажу. Внутреннее чутье мне подсказывает, что вы сможете мне помочь, – доктор тут же встрепенулся, как петух перед рассветом, глаза его оживились, словно только что увидели в первый раз в своей жизни рассвет.

Он тут же присел рядом, и взял ее руки бережно, боясь спугнуть.

– Рассказывайте, Валя, ради бога. Не бегайте в лабиринте своих мыслей, я помогу вам. Я смогу раскидать указатели, и ориентиры, вы только говорите! – он проговорил волнительно, с невыразимым отчаянием, и уже мысленно вырисовал картину, как он подводит эту хрупкую женщину к ее родным и с гордостью говорит: «Берегите ее. Ведь мать у вас одна».

Робко она посмотрела на его нежную, докторскую руку и ухмыльнулась, сомневаясь в честности намерений доктора.

– Дело в том, что я что-то забыла. Видимо по этой причине я и оказалась здесь. Сегодня видела сон, и прошу заметить, сны мне не снятся тогда, когда я принимаю таблетки, – закапризничала она. – С вашими таблетками, меня клонит в сон, и постоянное уныние внутри сопровождает сутками напролет. В голове только сплошной туман, окутанный унынием и тоской. Но уже несколько дней я не принимаю таблетки, и я во сне дошла до двери, за которой, была разгадка… – сделав многозначительную короткую паузу, она добавила, обведя взглядом кабинет, – почему я здесь нахожусь.

И я думаю, вы сможете мне помочь – вспомнить, что я натворила, и что за фигура бегала у меня во сне. Я не дура, понимаете доктор? – рассказ сменился на мольбу.

Но Николай испуганно отстранился, и некоторое время колебался.

– Я предлагаю вот что. Мы с вами постепенно к этому придем? Будем каждый день, восстанавливать события.

Договорились?

Валентина рассказала свой ночной кошмар, и, заплакав, закрыла лицо руками. Николай некоторое время не решался к ней подойти, но какая-то сила его подтолкнула, и он ее приобнял. Валентина подняла на него глаза. Врач отстранился. Испугался. Что происходит? Глаза. Это омут. Это горящие одинокие окна в покинутом городе. Это болото, затянувшее все заросли вокруг. Это паутина с бултыхающейся, молящей о помощи, мухой.