Тропами тьмы

Пока Грозный Лютер собирался с ответом, Эйриэн уже поднялась со стула, продолжая говорить:

- Или вы привели этих славных бойцов, украшенных лентами побед и шрамами доблести, чтобы я выказала им свое восхищение и поздравила с очередной и самой главной победой?! С победой Эсилии над злым и беспощадным врагом. Что ж я немедленно сделаю это прямо сейчас. Господа! - Звонкий голос разнесся по походной палатке ничуть не хуже, чем под сводами дворца. - Для меня было большой честью сражаться с вами плечом к плечу, я счастлива, что в Эсилии так много храбрых и честных бойцов.

Как ваша королева, я клянусь вам, что по прибытии в Анорию, каждому воздастся по заслугам и ничьи подвиги не будут забыты – ни мертвых, ни живых!

Эльфийка сама удивилась, откуда у неё взялись силы, мужество и подходящие для ситуации слова. Но мысль, что Ивэн по достоинству мог бы гордиться ею в этот миг, придавала сил.

Офицеры, не раздумывая, рухнули на колени, и палатку огласил громкий дружный клич:

- Служу Эсилии и королеве! – В глазах некоторых бойцов, особенно убеленных сединами, тех, кого время сделало чуть более сентиментальными, стояли слезы.

Эйриэн не удалось скрыть торжества на своем лице, когда она взглянула в пунцовое от злости лицо Грозного генерала.

- Благодарю вас, господа, я тронута вашей преданностью, - кротко и как можно более искренне улыбнулась эльфийка. – А сейчас, друзья мои, будьте добры, прошу вас, оставьте нас наедине с графом Лютером, нам необходимо обсудить дела государственной важности.

- Конечно, Ваше Величество, - офицеры, низко кланяясь, покидали палатку.

Последним выходил молодой красавец Сауэл Минт, которого прошедшее сражение в один момент сделало героем. Он на миг замер перед выходом, ударил себя левой рукой в грудь, туда, где билось его сердце и смог лишь произнести на одном дыхании, захлебываясь наполнявшими его эмоциями:

- Королева Эйриэн, я весь ваш... и навсегда… - преклонил колени, покорно склонив голову, чтобы не смущать высочайшую особу своим дерзким взглядом и стремительно покинул палатку.

Эльфийка благосклонно кивнула молодому герою и села обратно на стул, чувствуя, что силы покидают её.

- Генерал Лютер, будьте добры, дайте мне письма из столицы, перстень королевской власти и предъявите указ о назначении вас главнокомандующим в случае непредвиденных ситуаций, - её голос все еще был тверд, хотя сама она чувствовала чудовищную слабость. Возможно, ей удалось всех обмануть, но себя-то не обманешь – испугалась она ни на шутку.