Пески Алькира

Рядом стоял Кочевник, он держал ик’шина за горло своей кровоточащей рукой, а вокруг его кулака клубились багровые всполохи.

— Addi’im valla Hinar! Ik’shin sha fardi ist’va! Feassa!

«Пролита кровь Старшего! Мёртвый, должен подчиниться! Убирайся!»

Тварь забилась в агонии, багровые языки пламени окутали её с ног до головы. За пару мгновений ик’шин сгорел. От тени, из которой было соткано его тело, не осталось ничего. Оставшиеся на мосту мёртвые, в ужасе разбежались.

— Уходим, — коротко сказал Кочевник, стоя над ним.

— Свою руку я тебе не предлагаю.

Аббас рывком поднялся, и побежал к отряду. Спина и разодранное предплечье сильно кровоточили.

— Что это было?! — воскликнул Захир.

— Не важно, убираемся отсюда немедленно, — сказал Карим.

Люди снова в спешке забирались на верблюдов. Выход с моста сужался в тесную, зажатую скалами, тропинку. Колонна бегом двинулась дальше, Аббас и Захир шли быстрым шагом, петляя между верблюдов. Сиккара, сидя верхом, вела за собой верблюда Аббаса, держа его за узду.

После крутого спуска в низину, Кочевник остановил отряд.

— Дальше мёртвые за нами не пойдут, — проговорил он, обматывая руку лоскутом ткани. — Можем передохнуть.

Аббас заметил, что вся рука Кочевника почернела, выглядела высохшей, как будто обуглилась…

— Что ты там сделал?! — рявкнула Змея.

Аббас обернулся: девушка держала в руках ружьё, нацелив его прямо на Кочевника.

Их проводник медленно развёл руки в стороны.

— У меня к тебе такой же вопрос, — прохрипел Карим, вскидывая ружьё.

— Ты сказал, что знаешь тропы, сказал, что знаешь молитвы и заговоры, но ты не сказал, что ты сраный каиф! Кровь за силу? Ты и вправду думал, что ни у кого не возникнет вопросов?!

— Нет, он не каиф, — перебила Змея. — Если он пошевелится, сразу стреляй Карим. Каифы безвольны, они не думают, не говорят, не водят караваны через Плато. Он выше, гораздо выше, этот якобы кочевник, один из алькирских высших посвящённых!

Кочевник молчал, молчали и все остальные. Аббас отступил от их проводника, количество ружей, нацеленных на Кочевника, стремительно росло.

— Откуда ты знаешь про меня? — закричала Змея. — Как ты меня нашёл?!

На губах Кочевника появилась ухмылка.

— Ты честолюбива, — ответил он. — Я здесь не ради тебя. Хоть я и знаю кто ты… Шала.

Прогремел выстрел. Из ружья вырвался сноп искр, а за ним и круглая свинцовая пуля. Кочевник удивлённо перевёл взгляд на свою грудь. Одежда у сердца Кочевника стремительно чернела.