Сага о двух хёвдингах

Знаешь, мой-то старый топор сломался, поганая тварь скрутила его, как лепешку, а новый будет лишь к весне. Так что хожу нынче с плохоньким. А ты как? Всему научился? Поди, теперь не только нити, а всё полотно разглядеть можешь?

Я посмотрел на друга и неприятно удивился. Он так изменился за эти месяцы: почернел, волосы потемнели, ростом пониже стал. И нос искривился. Сломал неудачно?

– Нельзя таверна. Уходить. В горы уходить, другой деревня уходить.

– С одним ножом? Ты, может, теперь и голыми руками с тварями сладишь, а вот я вряд ли.

Давай хотя бы ребят кликнем. Что бы ты не натворил, Альрик не откажется помочь. Всем вместе всяко лучше будет. Знаешь, Энок ведь погиб. Стал хельтом, съел твариное сердце и в первом же бою погиб. Ульверы будут тебе рады. Вепрь, Эгиль, Дударь…

Я снова кинул на друга взгляд и скривился. Пока не смотрю на него, все хорошо, а стоит лишь взглянуть, как чудится что-то неладное. Что-то неправильное.

Пару раз подходили конунговы дружинники, спрашивали, куда я веду жреца, я кивал на тот конец города, и они отставали.

– Как они поняли, что ты жрец? Пальцы-то у тебя все целы.

Друг снова схватил меня за руку.

– Горы. Идти в горы. Сейчас.

– Дурак ты, – начал было говорить я и осекся.

У него оба глаза были целы.

Как такое может быть? Пусть я не помнил его имени. Пусть он изменился, почернел и постарел… Мало ли что там Мамировы жрецы вытворяют? Смотреть в Бездну явно нелегкое дело. Но как мог вырасти новый глаз? Нет, не так. Даже если бы сама Орса пришла к другу и дала живой воды, чтобы заживить все раны, он бы не стал этого делать, ведь тогда пропадет особое жреческое зрение.

Тогда он не сможет видеть Бездну и разучится слышать богов.

Друг занервничал, снова сказал, что нужно в горы, но я никак не мог избавиться от сомнений. Может, я что-то перепутал? Точно ли он мой друг? Почему он спешит убежать из города? И почему он так плохо говорит, будто иноземец какой-то?

– Кай! Вот ты где!

Рысь! И Эгиль, и Трудюр, а с ними и Лундвар Отчаянный в придачу.

– Слыхал, в одном сольхусе отыскали целый мешок серебра. Марок сорок, говорят, будет. А ты чего с пустыми руками? Всего одного сарапа поймал?

– Не поймал. Зато смотри, кого я встретил, – улыбнулся я и указал на друга.

Но тот почему-то не обрадовался встрече с ульверами, медленно попятился, развернулся и побежал. Отчаянный радостно вскрикнул и бросился за ним, Трудюр и Эгиль следом. А Рысь подозрительно прищурился.

– И кого ты встретил? Это же и есть сарап.