Невменяемый скиталец (НК-6)

Да только Уракбай не пожалел своего изысканного кортика, красиво им размахнулся и швырнул в приближающуюся стенку, одновременно скидывая с кисти левой руки свою дорогостоящую Живую удавку. Все нападающие непроизвольно замерли, отстраняясь чуть назад, один из них захрипел, хватаясь за горло, второй вскрикнул от боли, и этого момента Дельфину вполне хватило, чтобы поднырнуть под леер и прыгнуть в воду. Чуть раньше в белеющих брызгах скрылся нырнувший в море Заринат, который даже не подумал засомневаться в приказе своего опекуна.

Следом с палубы послышался разочарованный рев как самого помощника капитана, так и всех оставшихся на ногах матросов. Потом по поверхности воды что-то пару раз шлепнуло. Видимо, разрядили арбалет и бросили несколько копий, пытаясь настичь беглецов.

Но те вообще не спешили выныривать, пытаясь как можно глубже погрузиться в чернильную синь ночного моря. Соревноваться так соревноваться! Да и была вполне обоснованная надежда, что экипаж корабля не станет в авральном режиме работать с парусами и совершать галсовые маневры, возвращаясь к месту побега ушлых пассажиров.

Так и произошло. Когда отчаянно нуждающийся в воздухе Дельфин очень осторожно поднялся на поверхность, возвышающаяся корма торгового корабля уже была от него на расстоянии метров двадцати. И постепенно продолжала удаляться. В соревновании победил Заринат, который вынырнул на добрую минуту позже. Сразу несколькими мощными гребками приблизился к своему опекуну и радостно воскликнул:

– Победа! Зар – самый сильный!

Его совсем не интересовало, почему уплывает вдаль спасительный корабль, зато важна была игра и следующая за ней похвала.

Чего сразу и дождался от сослуживца:

– Конечно! Зар – молодец! Зар – победитель!

В то же время Уракбай пытался как можно быстрее избавиться от разбухающей и сковывающей движения одежды. Морская вода держит хорошо, да только лучше при этом быть максимально облегченным. И не стоит долго раздумывать, когда тебя тянет вниз несколько килограммов дополнительного железного лома.

Первыми ушли ко дну инкрустированные, но теперь совершенно бесполезные ножны кортика. Потом кинжал и метательные ножи, потом сапоги и почти вся одежда. Самым последним мелькнул в воде тяжеленный пояс с золотыми монетами. Все-таки прекрасную жизнь знаменитый вор и аферист любил гораздо больше, чем презренный, пусть и такой желанный, металл.

Затем опекун взялся за своего подопечного, который уже стал захлебываться.