Невменяемый скиталец (НК-6)

Но, кажется, та дама, к которой обратились как к сиятельству, не была намерена кокетничать или проводить время в праздных разговорах, потому что сразу деловито приказала:

– Гульер! Покажи мне сразу деток, наверное, куплю всех разом.

Надо было видеть, как затрясся и растерялся пират от противоречивых чувств. Ведь всех малолетних рабов продали оптом на пирсе еще вчера вечером перекупщикам, но, знай пираты о такой перспективной покупательнице, они наверняка бы подняли цену до небес. А что делать сейчас?

Пока растерянный офицер кланялся и что-то мекал, женщина возмутилась:

– Или меня обманули? Гонец мне доставил эту новость поздно ночью, и я даже спать не ложилась по этой причине, так сюда спешила.

– Представляешь, графиня, – она с недовольством повернулась к своей титулованной подруге, которую недавно назвали «светлостью». – Эти мелкие заморыши из княжеств мрут, словно мухи! Как они мне надоели! А тут ничем не испорченный товар с другого материка. Итак, – она вновь повернулась к мужчине, – чего ты мычишь? Показывай!

К тому времени тот немного пришел в себя и выпалил сакраментальную фразу:

– Увы! Госпожа герцогиня, все продано.

В какой-то момент хлыст в руке женщины стал угрожающе подниматься, и показалось, что она сейчас не сдержится, отхлещет пирата от распирающей ее злости и рвущегося через край бешенства. Видимо, точно так же показалось и остальным участникам сцены. Графиня непроизвольно отступила на шаг в сторону и выдернула из рукава носовой платочек со словами:

– Дорогая Вилейма, не стоит так волноваться.

Тогда как офицер вначале просто присел и попятился, а потом догадался найти сомнительный выход из положения:

– Ваше сиятельство! Да вы только взгляните на остальной товар, – он махнул рукой в сторону напряженно прислушивающегося Дельфина. – Есть что выбирать, не пожалеете. Вот, все людишки с этого края идут по два наших золотых. Любой! Подходите ближе, подходите…

И с этими словами ретировался за спину пленников, туда, где в центре вел торги основной продавец. Тогда как оставшиеся дамы остались переговариваться.

Причем вначале герцогиня с яростью рассекла упругим хлыстом воздух, а потом, не сдержавшись, выкрикнула вслед офицеру:

– Ублюдок!!!

И столько в этом крике послышалось злости, что Уракбай не на шутку вначале испугался: «Да эта змея не иначе как детей ест живьем!»

Тогда как молодая графиня опять попыталась образумить свою более старшую подругу:

– Вилейма, ну чего ты так горячишься. Ты ведь прекрасно умеешь сдерживать свои эмоции.