Невменяемый скиталец (НК-6)

А мне что делать… Неужели и в самом деле готовят на убой? А! Ладно! Чего горевать раньше времени. Да и не гуси мы с тобой, чтобы нас просто так на сало перетопить. Работая, мы можем гораздо больше пользы принести. Что? Конечно! Ведь это мы здесь поработали и все так красиво убрали. А как же! Сильный Зар, очень сильный!

После обильного насыщения оба сослуживца без раздумья улеглись спать на самом пригодном для этого месте – той самой куче тряпья, которую они более-менее разровняли на уложенных заново досках. Проваливаясь в сон, Дельфин заставлял себя сконцентрироваться и подумать о возможностях побега, но полный желудок задавил своими аргументами: «Радуйся, пока мне хорошо! А дальше видно будет».

Разве что напоследок мелькнула одна умная мысль: «Для побега надо будет хоть кусок мяса припрятать. Ведь не сразу на корабль удастся попасть…»

Разбудил их ворвавшийся с шумом в сарай парень лет восемнадцати в бархатной жилетке на голое тело. Внушительный на вид, с перекачанными и увитыми мышцами руками, в отличных брюках и щегольских сапогах графского слуги, он наверняка занимал место в местной иерархии слуг не ниже экономки.

Потому что сразу с порога стал повелительно выкрикивать:

– Ай да мужики! Ай да лежебоки! Даже его светлость после обеда так долго почивать не изволит. И еще потом кто-то жалуется, что рабам плохо живется! – он заглянул в пустую корзину и присвистнул: – Ого! Да вы никак все слопали? Тут ведь на два дня было. Или к побегу готовитесь и половину припрятали?

– Да как можно! – в искреннем ужасе опроверг Уракбай, не забыв при этом поклониться, посчитав, что от его гордости при этом не убудет.

– Просто нас пираты четыре дня только бранными словами да сухарями кормили. Так что мы не сдержались, когда корзину увидели.

Он уже не стал говорить, что три четверти всего обеда схарчил его безумный сослуживец. За тем подобная прожорливость замечалась всегда, но сейчас об этом хвастать не стоило, могли ведь прямо сегодня вытолкать на арену к диким зверям. Но парень, видно, и сам любил и умел много съесть, потому как неожиданно поддакнул:

– Оно, конечно, четыре дня без еды – сам себя переваришь.

– Затем бухнул на стол связанный тюк одежды и скомандовал: – Одевайтесь! Если что не подойдет, сразу пойду, поменяю.

– Ой, спасибо! Ой, какие симпатичные! – словно женщина на базаре, запричитал Дельфин, живо распаковывая тюк и раскладывая одежки по столу. Конечно, вещи были не новые, не с барского, так сказать, плеча, но и с непростых слуг или воинов.