Стрелы Сехмет #Бояръ-Анимэ

- Здравствуйте! – я надеялся, что мой тон можно расценить как дружелюбный. Возможно, даже интеллигентный. Хотя, конечно, домофон съедает обертоны. – Я хотел бы поговорить с Анатолием. Он дома?

- Анатолием? А, это, наверное, прежний жилец! Я сняла эту квартиру позавчера.

- Вы не знаете новый адрес Анатолия? – спросил я просто для очистки совести.

- Нет, спросите консьержа.

- Спасибо, - я отключился и нажал кнопку консьержа.

Женщина, конечно, была права, и я бы сделал так даже без её совета.

- Чем могу быть полезен? – на этот раз голос был мужской.

- Я ищу своего знакомого, а мне сказали, что он выехал.

- Как его зовут?

- Анатолий Гурманов.

- Да, этот жилец освободил квартиру два дня назад.

- Вы не подскажете его новый адрес?

- Я не располагаю подобной информацией.

- Не располагаете или не хотите говорить? – уточнил я.

- Господин Гурманов не оставил нового адреса, - ответил консьерж после короткой паузы.

Отключившись, я прислонился спиной к запертой двери. Солнце светило мне прямо в лицо, но с востока наползали чёрные, как сажа, тучи.

Пройдёт не больше часа, и небо затянет полностью.

Я чувствовал лёгкую растерянность. Гурманов исчез – так же, как Марина. Совпадение? Вот уж нет - закономерность! Кто-то про меня что-то знал, и кому-то я был очень нужен. И этот кто-то не оставит меня в покое. Я вдруг понял, что уже несколько дней балансирую на грани жизни и смерти: в любой момент меня могут счесть слишком опасным – либо одни, либо другие. Возможно, ещё немного, и мои бывшие сослуживцы объявят на меня охоту.

От этой мысли я буквально похолодел. Мне не было страшно, когда я входил туда, где обезумевшие Проклятые палили из автоматов, хватались за детонаторы, намереваясь взорвать полквартала, и держали на мушке заложников. Но сейчас я был в ужасе, потому что меньше всего мне хотелось стать зверем, которого травят, ведь это означает, что ты один против всех, а в подобной ситуации ты обречён. Только в кино герой может выйти сухим из воды, когда на каждом шагу его подстерегает смерть. А в жизни ты не протянешь и сутки. Я это знаю, потому что Одержимые, которых я убивал, были изгоями, и ни один из них не прожил дольше двадцати четырёх часов. На самом деле, куда меньше.

Вдруг дверь открылась, и на крыльцо вышел мужчина лет шестидесяти. Окинув меня взглядом, кашлянул и сказал:

- Вы ищете Гурманова?

- Да, это я звонил. Вы консьерж?

Мужик кивнул.

- Я вспомнил одну вещь. Может, вам это поможет.

- Буду рад, чему угодно.