Записки Драконьих Рыцарей

И если второго из них избрали на поле брани, даже не смыв с доспехов ошметки гноллов, семнадцатого – у реки, отмываясь от праха вампирских лордов, то ныне церемония представляла собой бугурт в обители по приглашениям плюс небольшой контингент добровольцев. Последние допускались для зрелищности, но случались и удивительные необычности, вроде Сэма Безродного.

Курт смог протиснуться лишь на самый верхний ярус – с некоторых пор на подобных мероприятиях было не продохнуть. Во многом это связывали с культурной программой окрестностей Обители, ярчайшими жемчужинами которой являлись закат, рассвет и гроза.

– Избранные Драконьим рыцарем, да снизойдут на арену! – заревел глашатай.

Закованные в сталь воины вышли в центр крепости на некогда импровизированную арену. Не так давно ее облагородили, обнесли тяжелым толстым брусом и даже поставили пару бочек с водой по периметру. Как оказалось, некоторые слишком буквально воспринимают эпитет «драконий» и обучаются искусству дыхания огнем.

– А будут ли у нас добровольцы, желающие проявить себя?! – вновь прогремел голос.

И толпа, окружавшая Курта, двинулась к арене, утягивая паренька с собой. Вероятно, если бы он приложил должное усилие или хотя бы заорал «куда вы меня тащите?!», у него появился бы шанс не попасть в будущую передрягу. Однако робость приводит носителя в куда более изощренные приключения, нежели храбрость, тупость и алчность вместе взятые.

– С нами сегодня сам сэр Сварго Мудрый и его оруженосец мсье Шафл из Йорка.

– Нет! – закричал Курт, размахивая руками.

– Что такое, юноша? – спросил глашатай.

– У меня нет оружия! И я даже не…

– Кто-нибудь, дайте этому парню оружие!

Откуда-то прилетел какой-то молоток, и Курт чудом смог ухватить его за рукоять – чем и положил начало бугурту.

Откровенно говоря, шанс победить в таком боестолкновении довольно сильно зависит от случайностей и безрассудства оппонентов.

Первые четырнадцать секунд – самые сложные. Ты либо останавливаешь кровь и размышляешь, как обозначить свое поражение, либо исподтишка бьешь наотмашь молотом и думаешь, как не обозначать свое участие в битве. А иногда приходится использовать обе доктрины одновременно. Все, что делал Курт на арене в первые четырнадцать секунд – это разнимал драки.