Не грози Дубровскому! Том 3

Но всё то время, пока обходил особняк, я слышал пение Ани, доносящееся с кухни. Она стояла за столом и, приплясывая, замешивала тесто. Невероятно вкусно пахло дрожжами.

Подкравшись сзади, обнял её за талию. Девушка завизжала от ужаса и инстинктивно ударила назад локтём. Я отскочил и поднял руки.

— Ого! Вот это приём. С огоньком, — усмехнулся я.

— Виктор Игоревич! Твою мать! У меня чуть сердце не остановилось. Нельзя же так пугать, — задыхаясь, выпалила Анна. — А вы чего тут?

— Вообще-то это мой дом, — широко улыбнулся я, подходя ближе.

— Я не про это. Почему не предупредили, что приедете? Я бы прибралась.

— Анют, успокойся. Прибралась бы она... Ты и так всё натёрла до блеска, хочешь вообще дом стереть до основания? Где Степан?

— Уехал в Большую Черемшанку. Сегодня же запуск производства.

— Отличные новости, — хмыкнул я и достал мобилет. Ужас, больше сотни пропущенных от Степана. Видимо, хотел, чтобы я поприсутствовал на открытии. — А как себя чувствует твой отец?

— Вить, я его практически не вижу, — усмехнулась девушка.

— После того, как ты его вылечил, он снова поселился в теплицах. А Евдакия ещё и потворствует, вечно подкидывая ему новые виды растений. Можешь зайти в его комнату. Там всё завалено энциклопедиями о выращивании всякой экзотики.

— Понятно. Одним словом, вы без меня не скучали.

Аня вытерла руки о передник и, сняв его, подошла ко мне.

— Не скучали. Разве что самую малость.

Пламенные губы поцеловали меня, а её руки тут же стали расстёгивать мой ремень. Как только штаны упали на пол, Аня, убрав волосы назад, присела.

Чёрт возьми. Возвращаясь домой, я надеялся немного отдохнуть. Но Аня так изголодалась по ласке, что я любил её до самой ночи. Мы перемещались из комнаты в комнату, пока красавица не рухнула без сил. Она блаженно улыбалась, а её тело содрогалось от наслаждения.

— Как же я соскучилась, — промурлыкала, укладываясь мне на грудь.

На первом этаже открылась дверь, и раздался крик:

— Дочка, я дома!

Надо было видеть лицо Ани. Её как будто поймали с поличным на воровстве пирожных.

— Где моя одежда? — пролепетала она, тут же вскочив с кровати.

— Одежда? — усмехнулся я, лениво потягиваясь. — Думаю, она сейчас валяется по всему особняку.

— Чёрт, чёрт, чёрт! — выругалась она и собралась было рвануть к себе, но тут в коридоре послышались шаги её отца.

— Полагаю, ты ему не рассказывала о наших отношениях?

— Нет конечно! Он до сих пор уверен, что я девственница, — прошептала дурёха, выглядывая из комнаты.