Книга 4. Пожиратель Чудовищ. Часть 2

Но нас не трогали и тем более не задирали, к тому же девушка довольно быстро стала объектом всеобщего внимания. То ли это было какое-то правило фракции первого Стража, то ли такое удивительное совпадение, но в отряде по уничтожению дракона были одни мужики.

И представительница прекрасного пола не могла не притягивать самые разные взгляды, в том числе и восхищённые и даже похотливые. Пусть она и была трёх метров ростом и накачана больше многих мужчин в отряде.

Впрочем, пожалуй, рост Рахиры в определённых аспектах мог сыграть и в сторону повышения соблазнительности.

Её женские прелести даже чисто в пропорциях были выдающимися. А уж если вспомнить, что она была вдвое выше средней женщины, размеры её округлостей просто не мог не привлекать восхищённые и мечтательные взгляды.

Девушку, несмотря даже на то, что нас до сих пор подозревали в разных подозрительностях, обступило с полдюжины бойцов Золотого Ястреба, всячески старавшихся привлечь внимание Рахиры. Сыпались шутки, комплименты, травились байки, задавались самого разного толка вопросы.

Как опытный наёмник, Рахира не тушевалась и умело держала оборону, на шутки отвечая шутками, на колкости – колкостями и мастерски обходя самые неуместные вопросы. Но было видно, что ей приятно такое внимание. Ну, а какой женщине не было бы приятно?

Я, с другой стороны, из-за куда большей подозрительности и мгновенно распространившейся среди бойцов информации о том, что я вместе с драконом сожрал и некоторую порцию их погибших друзей, остался изгоем.

Кроме моих стражников ко мне даже никто подходить не хотел, не то, что разговор вести. А они в основном говорили друг с другом, делая вид, что меня в принципе не существует. Также из-за приказа Вурги я не мог сходить с места без разрешения, генерала моя история явно мало успокоила.

В результате, в тишине сидя на земле, прислонившись к оставшемуся от сломанного дерева пню, я, сам того не желая, то и дело бросал взгляды в сторону Рахиры. И видел, что она тоже на меня посматривает.

Оценивающе и чуть насмешливо.

За свои двадцать пять лет девушка ещё ни разу не была с кем-то в отношениях. Но какие-то чисто-женская хитрость и даже кокетливость присутствовали в ней, похоже, с рождения. Потому что смысл этих взглядов был очевиден. Каждый раз, ловя мой взгляд, Рахира будто спрашивала: “Ревнуешь?”

И я, сука, ревновал. Не скажу, что это было какое-то прямо давящее или невыносимое чувство, я точно не влюбился в неё.