Там и Здесь. Мир Небулана

В небольшие окна светит красноватое солнце, огонь в очаге почти погас и остатки углей медленно тлеют, отдавая последнее тепло.

Мне уютно и спокойно. Опустив взгляд, обнаружила себя завернутой в шкуру. Повертела головой — Соловья нигде нет.

Первое, что на меня накатило, это паника. Она тревожно ухнула в груди и сердце заколотилось быстро и часто, а в голове галопом понеслись мысли, одна другой страшнее: он ушел? Он бросил меня одну в Небулане? Как мне отсюда выбираться? Как спрятаться? Что делать? Куда бежать?

Поток мыслей прервался скрипом двери, которая открылась и на порог шагнул Соловей с садком, из которого торчат две большие рыбины.

— Проснулась? — спросил Сол буднично. — Отлично. Как раз к завтраку.

Он уже полностью одет и кажется выспавшимся. Пройдя к очагу, он достал из-за него решетку и вывалил на них рыбин, затем сунул в печь прямо над углями.

— Судя по всему, здесь что-то вроде лесного кемпинга, — страл говорить он спокойно. — Не знаю, как конкретно проводят досуг в Небулане, но в избе нашлась утварь для рыбной ловли и запекания.

При свете дня обнаружилось, что в избе кроме стола, есть ещё и шкаф с посудой. Подойдя к нему Соловей достал тарелки, затем взял и сел рядом на пол, поставив одну передо мной.

— Одевайся, Яра, твоя одежда высохла, — сказал он и, взяв кочергу, стал поправлять ею угли.

Я таращилась на Соловья с сомнением и непониманием. В первую очередь потому, что держится он довольно непринужденно. Оно понятно, Разбойник — знатный сердцеед и все такое, но почему он ведет себя так невозмутимо?

Странно.

В мои мысли закралось подозрение и я решила уточнить:

— Эм, Соловей, ты как спал?

— Как убитый, — заявил он. — Закрыл глаза и отрубился до самого рассвета.

Меня как обухом стукнуло.

— То есть ты спал всю ночь? — ещё раз переспросила я.

— Абсолютно, — кивая сообщил Соловей. — Я что, храпел? Слушай, обычно я не храплю и сплю бесшумно. Но если храпел, прости. Это, наверное, из-за того, что промерз в реке.

Соловей вещал про храп, а я в моей голове формировалась очерченная мысль — вся та фантастическая страсть в ночи ни что иное, как игра моего воображения. Попросту сон. Мне приснилось, что у нас с Соловьем что-то было.

Меня охватили два противоречивых чувства — с одной стороны досада, ведь все происходило так прекрасно и реалистично. С другой — облегчение, все-таки Соловей дал четко понять, что ничего не станет предпринимать в мою сторону.