Ган

Оставалось только укорить себя и впредь, даже отдыхая, не переставать следить за окружающим миром. Решено.

Тао шагнул к ученику и, чуть развернувшись боком в сторону гостей, шепнул:

— Не убей никого. Это просто люди.

До Пато долетел едва различимый звук, который ни с чем спутать невозможно. Он услышал угрожающее потрескивание натянутой тетивы лука, а за ним легкий сухой щелчок, освобождающий стрелу. Стрелу, пущенную в двух ганов.

Глава 7

Мир вновь замер, давая Пато и Тао фору перед нападающими на них людьми.

Щелчок тетивы разбудил в молодом гане дремлющую птицу. Как и в случае с Итку, птица воспарила над миром, обгоняя время, замедляя его. Все посторонние звуки исчезли, уступая место лишь звукам войны.

Тихий, едва различимый шаг врага теперь слышался ясно и отчетливо. Четверо. Так и есть — нападающих на ганов было именно четверо. Двое из них были вооружены луками. Они разошлись в стороны и встали так, чтобы не перекрывать друг другу сектор обстрела. Грамотно. Но недостаточно для того, чтобы справиться даже с одним Пато, не говоря уже о таком мастере, как Тао Ган.

Без видимых усилий Тао прекратил полет стрелы, схватив ее за древко. Стрела была с охотничьим широким наконечником, и Пато мог поклясться, что успел рассмотреть на нем клеймо своего отца.

Второй щелчок, и уже Пато прерывает полет еще одной вестницы смерти, устремившейся к ним с другой позиции. Третьего щелчка не последовало. Значит то, что людей, вооруженных луками, было двое, оказалось правдой. В то время как стрелки выцеливали, как им казалось, ничего не подозревающие цели, их друзья обошли ганов со спины, и как только первая тетива запела свою звонкую песню, ворвались на поляну.

Резко развернувшись, Пато поспешил к ним навстречу. Азарт предстоящей схватки разогнал кровь по венам и заставил сердце отстукивать воинственный ритм, отдающийся эхом в ушах. Несколько стремительных шагов, и вот он уже лицом к лицу с врагом.

Просто охотник. Отсутствие боевой раскраски на лице только подтверждало это.

Одежда ничем не отличалось от той, что была на Пато: кожаные штаны и куртка, сапоги из той же кожи, только выделка более грубая. В правой руке легкое копье, занесенное для броска. В левой ладони зажат нож. Глаза ничего не выражают. Нет в них ненависти. Страха тоже нет. С такими глазами не грабят и не убивают. С такими глазами делают то, что должно.

Разбираться в этом — не было времени, и Пато вскинул меч. Развернув его, врезал охотнику рукоятью между глаз.