Кодекс Крови. Книга III

— Тогда какого хрена, я не могу найти капсулу с его пеплом в родовой крипте?

Агафья откровенно зло захохотала. Отсмеявшись, она выдавила из себя:

— Нажми на гульфик статуи, его дерьмо там, где ему и место, — связь оборвалась, а я в который раз подумал, что обиженная женщина — это зло во плоти.

Нажав на гульфик, я наблюдал, как сработал скрытый механизм, и из задницы статуи появилась прозрачная капсула размером с мой указательный палец, внутри которой виднелся пепел. Забрав капсулу, я вернул механизм в исходное состояние, дабы не порочить память деда неподобающим видом мемориальной статуи.

Теперь оставалось ждать информацию от Игната, пока же мне предстояло заключение договора о помолвке.

***

В гости к Подорожниковым мы отправились вдвоём с Агафьей. Официального мероприятия как такового пока не было предусмотрено. Это лишь первый этап переговоров, где мы предложим свою часть договора с вполне конкретными цифрами по ежегодному содержанию, предполагаемому количеству совместных отпрысков и прочей брачно-аристократической мути.

Когда я знакомился с нашим экземпляром, то невероятно удивился, насколько всё может быть дотошно задокументировано.

— Это потому, что зачастую договор о помолвке затем становится основанием для заключения брачного договора, а потому предусматриваются почти все моменты, чтобы потом не было сюрпризов.

Кроме папки с документами, я вёз в подарок Светлане, как выразилась Агафья, «сущую безделицу». Этой безделицей оказалась рубиновая парюра, состоящая из тиары, серёг, колье, броши и браслета.

Алые рубины в обрамлении белого золота должны были прекрасно смотреться на Светлане с её блондинистыми волосами. Цацка была с претензией как минимум на младшую ветвь правящего дома, но Агафья только хмыкнула.

Она показала мне в воспоминаниях ларец с украшениями и артефактами, подаренный дедом на помолвку. Должен был признать, что дед либо очень сильно хотел заморочить голову Агафье, либо действительно не поскупился на предсвадебные дары.

— Так что мы пока ещё скромны в своих дарах, но, поверь, я указала перечень украшений из родовой сокровищницы, которые положены для ношения супруге главы клана.

Там глаза и у принцессы могут разбежаться. Другой вопрос, что женщины Комариных чаще всего предпочитали военную форму бальным платьям, а артефакты всевозможным украшениям. Так уж вышло. Здесь ты, внучок, не прогадал с выбором, ибо Подорожникова тоже барышня не промах, если уж хочет отучиться на военно-полевого хирурга.